Нижний уровень

А где в Панаме других брать? Просто… я сам не знаю, но что-то мне покоя не дает, – выдал он совершенно неожиданное. – Я бы вообще отсоветовал Пабло бизнес этим продавать, но у меня нет для этого ни единой причины, понимаешь? А у него дела совсем под гору покатились, продажа – это спасение. В общем, он готов платить. Это даже не я придумал, а он сам.

– Хм… – задумался я. – Шестое чувство со счетов сбрасывать не стоит, потому что интуиция – это что-то такое, что ты вроде бы заметил, но не обдумал. А подсознание над этим продолжает работать и тебе подсказывает, – выдал я свою личную теорию.

– Я подумаю.

– А теперь скажи, что ты конкретно хочешь?

– Да все как обычно. Организуй встречи так, чтобы никто не прослушал, убедись, что нет наблюдения, проверь, кто приезжает с этим партнером…

– Ману, а кто может прослушивать?

– Да кто угодно, – улыбнулся он во все тридцать два, доброжелательно глядя в глаза. – Просто проверяй, хорошо? Я на твою почту сейчас вышлю всю информацию по моему клиенту, а ты займись, хорошо?

– Давай аванс, и я начал работать.

Влезать в откровенно незаконный бизнес совсем не хочется. Даже боком. А в Панаме их три стандартных: наркотики, оружие и отмывание денег от первого и второго. И за каждым пригляд от всевозможных агентств, в поле зрения которых просто не хочется попадать. То есть если мешать вести прослушку и слежку каким-нибудь антинаркотическим «энфорсерам», то они могут обидеться на тебя персонально.

Но на сей счет Мануэль в курсе, так что не думаю, что он бы пытался меня втравить в работу с наркотой. Не станет. Не рискнет. Но обмануть все же может, точнее – утаить информацию. Может быть и так, что у клиента есть причины быть пугливым. Просто мне он не говорит.

– Слышал про семью Гонсалеса, – неожиданно сказал он.

– Знаешь его? – насторожился я.

– Естественно. Мы оформляли ему паспорт инвестора, когда он сюда переехал. Ну и его семье, упокой Господь их души. – Мануэль быстро перекрестился. – Он через нас оформлял покупку дома, и я делал для него еще пару работ после этого.

– Вот как… – задумался я. – А ты можешь мне сказать, почему он сюда перебрался?

– Я не знаю, – адвокат развел руками. – Но даже если бы и знал, то тебе бы не сказал, вся информация попадает в разряд конфиденциальной.