Ар-Деко. Своя игра

– Кил или этот торчок-актер? – уточнил наш водитель.

– Кил.

– Ну-ну. Сколько ни пытался иметь дело с ирландцами, вечно все не так, потому что напиваются не вовремя.

Рауль только хмыкнул в ответ, не считая необходимым вступать в полемику с нашим британцем. Но некая доля правды в словах Иана есть. Даже самый легендарный главарь ирландских бандитов из Нью-Йорка был зарезан во сне, когда сицилийцы, с которыми у них тогда шла настоящая война, обнаружили его спящим в баре. А до этого к нему даже подходить боялись, потому что тот всегда носил с собой два пистолета и очень хорошо и быстро стрелял.

– Рауль, а как та испанка, с которой ты был в клубе? Не застукала тебя с Керри? – поинтересовался я.

– Застукала не с Керри, – Рауль поморщился. – С другой девкой, с которой мы разбежались в тот же вечер. Даже не было ничего.

– То есть не в спальне?

– В клубе. Устроила сцену и ушла.

– Как-то обидно получилось.

– Да плевать.

– Когда-нибудь одна девка тебя просто зарежет, – прокомментировал Иан.

– Я быстро бегаю. И раз даже выпрыгнул с третьего этажа. Ногу ушиб, правда.

– Со страху?

– Она была замужем. Просто сохранил честь дамы. Муж так ничего и не заметил.

– А кто был муж?

– Казначей мэрии Марселя. Его потом погнали с должности, и сейчас у него отель и три ресторана.

– Хорошо что я не женат, – заключил Иан. – И жениться не собираюсь.

– В бордели ходишь?

– Когда как, – ответил он уклончиво.

Личная жизнь Иана вообще не предмет обсуждений. Она у него есть, я точно знаю, но обсуждать ее он не любит, а я не люблю задавать лишние вопросы. С кем-то он встречается, причем давно, но больше ничего на сей предмет я сказать не могу. Но в бордели тоже ходит.

– Если ходить в бордели постоянно, то получается чистое разорение, – объявил Рауль.

– С твоей любовью все в клубах оставишь.

– У Иана любовь с автомобилями, – вставил я. – Остальное только отвлекает.

– Если бы у меня не было сраной любви к машинам, то вы бы тут пешком топтались, а потом тащили сраного Милланда до доков за руки.

– Я же не утверждал, что мы тебя не ценим.

– А если цените, то заткнитесь, – подвел итог беседе Иан.