Страна Синих Ягод

 – Разве у нас не воины, а стаи дворовых псов?

Моряки умолкли и удивлённо смотрели на несущееся на них с надутым парусом странное судно, на носу которого была видна голова дракона.

– Зажать драккар бортами! Эй, Виберт! Нельзя пропустить проклятых викингов! – стараясь сохранить спокойствие, бодрым голосом крикнул Осмунд рыцарю, находившемуся на соседнем судне.

Однако Виберт не ответил Осмунду.

– Ты слышишь меня, Виберт?! – снова крикнул Осмунд.

– Посмотри на их мачту! – наконец отозвался Виберт.

Тут Осмунд заметил, что к мачте драккара прицепились невесть откуда взявшиеся три синевато-серебристых сияющих шара. Ещё один светящийся шар опустился на голову деревянного дракона на носу корабля викингов.

– Дьвольский огонь! – взвизгнул Годрик. – Морской дьявол зажёг огни на драккаре!

– Молчи, трус! Что за невидаль. Это огни Святого Эльма, а вовсе не дьявольский огонь, – сказал раздосадованный Осмунд.

– Да кто разберёт, что это за огни? Если их зажигает Святой Эльм, то почему на драккаре без гребцов работают вёсла? С чего тогда эти огни зажглись только на драккаре? – задумался Годрик.

Тут сияющие шары сорвались со своих мест и, поднявшись над судном викингов, заметались в бешеной круговерти.

– Эти огни ещё и пляшут! – прошептал Годрик.

Четыре сияющих шара перестали кружиться над драккаром и соединились в один большой шар, который тут же с громким хлопком рассыпался на тысячи мелких искорок.

– А на носу драккара я всё же заметил двух моряков. Правда, они стоят неподвижно.

– Ты тоже их видишь? – глухим голосом спросил Осмунд.

– Да. Как думаешь, кто они? – спросил Годрик.

И тут на палубе драккара вспыхнул огонь. Теперь освещённый пламенем факелов парус драккара был хорошо виден со всех кораблей. На белом парусе распластались летучие мыши с гадкими мордами и огромными крыльями.

Однако не только отвратительный вид этих крылатых обитателей пещер, но и два мертвеца в лохмотьях, застывшие на носу драккара, повергли в ужас саксов.

Тут раздался глухой голос, исходивший, как показалось саксам, с неба. Все услышали слова молитвы, произнесённые на латыни замогильным голосом, который вскоре стал требовательным и сердитым.