Сияние Орна

Если только это не замазка, используемая местными жителями пустыни для строительных целей, – предположил Курьянов.

Стало нестерпимо жарко. Снизу потянуло душными и горячими испарениями.

– Да тут настоящая парилка! – пыхтя и отдуваясь, сказал Курьянов.

Они зашли в огромную пещеру, в центре которой в глубокой большой яме клокотала раскалённая лава, освещавшая пещеру. От кипящей лавы исходил нестерпимый жар. Никодим сорвал с головы свою ушанку и, приложив её к груди, тяжело задышал, обливаясь потом.

Аборигены, в отличие от людей, казалось, не чувствовали жары.

– Вот это да! – воскликнул Игумнов. – Вы посмотрите, сколько тут яиц! Это место похоже на инкубатор.

Вокруг круглой ямы с бурлящей лавой ровными рядами лежали белые яйца.

Возле стен пещеры на невысоких каменных постаментах в шестиугольных ячейках, похожих на соты, лежали сучившие ручками и ножками младенцы. Иногда они переворачивались на животы. В пещере молча работали взрослые аборигены. Они переворачивали и перекладывали яйца, а иногда, ухватив за ручки и за ножки подросших детей, переносили их из малых ячеек в большие.

– Что здесь происходит? – удивился Курьянов.

– Это какой-то сумасшедший дом, – растерянно произнёс Игумнов.

– Похоже на муравейник, – сказал Никодим. – Я в детстве разворошил муравейник и рассматривал, что внутри происходит.

– За мурашами интересно наблюдать. Муравьи делятся на рабочих и охотников. Ещё у них есть самка – крупная особь женского пола, которая откладывает яйца. А остальные муравьи о них заботятся, – сказал Игумнов.

– Крупная особь, говоришь? То есть, баба здоровая, – задумался Курьянов. – Любопытно. А вы заметили, что здесь одни мужики всем этим детским садом заведуют, а женщин нигде не видно? Да и среди младенцев здесь только пацаны.

– Рабочие муравьи отличаются от муравьиной матки строением и размерами, – вспомнил Игумнов.

– Наверно, местные женщины тоже не похожи на мужчин, – предположил Курьянов.

– Но ведь здесь не муравьи, а люди, однако! – сказал Никодим.

– Посмотрите на крайнюю слева ячейку, – сказал Курьянов. – Там яйцо треснуло. А ты, Никодим, говоришь, что это люди. Не люди это!

На яйце треснула скорлупа, и в ячейке остался лежать серый кокон.

– Внутри яйца находился кокон, – сказал Курьянов.