Федерация. Меньшее зло

Ради чего их сюда завезли, оставалось загадкой, но приспособиться к безжизненным равнинам у зверьков не получилось – сейчас ареал обитания кантров большей частью совпадал с границами человеческих городов, а выживали они только за счет пищевых отбросов и охоты на таких же привозных крыс.

– Заблудился? – поинтересовался я у крадущейся сквозь предрассветный сумрак твари. – Пошел вон.

Кантр замер, оскалив мелкие конусообразные зубы.

– Пошел вон!

Хотя животное не представляло из себя реальной угрозы, в ближайшем будущем я должен был остановиться на дневку, а сон в компании оголодавшего хищника легко мог спровоцировать нападение.

Вопрос требовалось решать радикально.

– Извини, парень…

Увидев пистолет, кантр тихонько взвизгнул и бросился наутек, но смог пробежать лишь два или три метра. Раздался тихий хлопок, пуля догнала тощее облезлое тело и все закончилось.

– Вот так, – пробормотал я, пряча оружие. – Вот так…

Следующий день не принес ничего нового, однако с наступлением темноты дождь резко усилился, затопив служивший мне убежищем овраг бурным потоком воды.

Финальный этап пути отнял у меня всю ночь, до конца истощил подорванные болезнью силы, но завершился благополучно. На рассвете я прошел между двух неприметных камней, тем самым дав понять охранявшим территорию снайперам, что в их зону внимания входит друг, а еще через три часа впереди наконец-то показался знакомый лес – иссеченный осколками, изуродованный взрывами, опаленный огнем, но до сих пор цеплявшийся за свое безрадостное существование.

Навстречу вышли двое встречающих.

– Сержант Фишер, – представился я, останавливаясь в паре шагов от внимательно рассматривавшего меня лейтенанта. – Шестая разведрота. Вернулся с задания. Код восемь-пятнадцать-зеленый.

– Мне известно, кто вы, – кивнул офицер. – Остальных можно не ждать?

– Они погибли.

– Ясно, – лейтенант скривил брезгливую гримасу и отвернулся. – Полковник хочет вас видеть.

– Так точно.

На противоположном краю леса обнаружился бронированный вездеход. Я поприветствовал водителя, забрался в кабину, устроился там на жестком потертом сиденье, после чего начал обдумывать предстоящий разговор.

В последнее время наши с командиром беседы проходили гораздо напряженнее, чем раньше.

Это вызывало тревогу.

– Пристегнитесь, – посоветовал управлявший машиной солдат. – Пока не выберемся на трассу, будет трясти.