Любовь до Востока

Душа просто требовала отдыха, но… чувство долга, зарплата и увлечённость делом склоняли в сторону служебных обязанностей. Ведь работу никто за неё не сделает, как бы ни было тяжело окунаться с головой в горы неразобранных бумаг, которые нетерпеливо лежат и ждут изучения каждой буквы, прописанной как приговор. Да ещё пришлось раньше подруги возвращаться в Москву для решения своих вопросов и служебных дел.

– Сколько вас развелось? Любимые мои проблемы, придуманные, похоже, специально для Екатерины Сергеевны, – подумала про себя Катя, – Я уже вроде и майор, а ответов порой – миллион на любой мелочный и никчемный вопрос…

Кстати, нужно будет зайти к Вадиму Александровичу и подарить коньяк из «дьютика», – подумала она про себя, – Всё-таки он отпустил меня с подругой под честное слово, так что презент не помешает.

Нормальный он мужик и как начальник, и как офицер, и недаром стал генералом. Профи. С шефом в работе повезло – он порядочный, понимающий, строгий, справедливый …

Мягко, словно «по-домашнему», шасси самолета коснулось посадочной полосы аэропорта Шереметьево…

Днём ранее

Осенние солнечные лучи освещали пейзажный парк Семпионе в историческом центре Милана, по которому не спеша прогуливались туристы.

Две красивые женщины, веселясь и дурачась, фотографировались на фоне арки Мира, что и выдавало в них «наших» туристок.

После совместного селфи девушки направились дальше вдоль дороги.

– Вика! Спасибо тебе огромное, что предложила мне поехать с тобой. Я уже так давно нигде не была… – улыбнулась Катя.

Ковалёва Екатерина Сергеевна была действующим майором московского главка МВД. В свои «чуть под сорок», сумела раскрыть несколько громких дел.

В жизни она ставила карьеру на первое место. Возможно, по этой причине её брак не удался, а новые отношения никак не складывались, да и разрыв с любимым до сих пор бередил ей душу. После этих отношений она стала ещё серьезнее и не доверяла мужчинам, а по роду своей деятельности вообще мало кому доверяла, поэтому и ушла с головой в работу, а свои личные отношения задвинула в «дальний угол» и отдала на милость судьбе.

– Катюш! Да ладно тебе.