Воспоминания века

Патронов к нему, естественно, никогда не покупали и в Москве, в конце концов, его куда-то запихнули на антресоли. Но, мой старший двоюродный брат как-то увидел его, и попросил дать временно ему, чтобы он подобрал патроны, и на даче он бы мог меня поучить стрелять. А через несколько месяцев, брат передал «Монте Кристо» своему товарищу, тоже на время, уже с патронами. Товарища арестовали как троцкиста, и ружье осталось где-то в недрах НКВД навсегда. Ни одного выстрела из него я так и не сделал.

Теперь хочу вспомнить всех своих друзей-товарищей, ведь большая часть детства – это общение, игры, одному скучно даже с книгами, а у Лены были свои интересы.

Мы жили в очень большом деревянном одноэтажном доме, который был предоставлен папе фабрикой, занимая его большую часть. (см. приложение) До сих пор, спустя такое количество лет, хорошо помню многие детали. Сначала надо было подняться по ступенькам на крыльцо, ступенек много, крыльцо высокое, потому что часто, во время весенних разливов Ипути, вся местность покрывалась водой, папу на работу и с работы возили на лодке.

Левая часть крыльца, до самой крыши, была огорожена деревянной решеткой, по которой летом вился далеко вверх дикий виноград (по этой же решетке, не смотря на запреты, я и мои главные товарищи Тамара и Лася, о которых чуть позже, влезали на крышу и проводили там, на солнышке, много времени). С крыльца попадали в большую летнюю застекленную террасу, летом обедали всегда там, дальше шла большая прихожая, из которой направо шла дверь в очень большую столовую, а прямо дверь – в комнаты, которые сообщались между собой, это были спальня родителей, наша с Леной детская комната и папин кабинет, в котором он спал после обеда, читал газеты и работал иногда с деловыми бумагами.

В столовую выходила русская печь, далее из столовой шел проход в кухню, со своей дровяной плитой и шел длинный коридор, в конце которого был выход во двор. Коридор не отапливался, там были кладовки и зимний туалет. Водопровода и канализации не было, воду держали в ведрах и бочках.

Большой двор был огорожен глухим забором. На дворе располагался ледник – высокий домик с глухими бревенчатыми стенами, через чердак он зимой набивался льдом, сверху покрывался толстым слоем соломы. В таком холодильнике хранили продукты, а залезали наверх по приставной лестнице. Эта солома под крышей была тоже нашим излюбленным местом для игр.