История села Мотовилово. Тетрадь 4

Были случаи, в ночное время их будили покупатели и просили отпустить им или осьмушку табаку, или коробок спичек. И они безропотно удовлетворяли просьбу покупателя. В потребилке же в неурочные часы ничего не купишь: лавка закрыта, да к тому же продавцы (или как их стали называть «приказчиками»), не имея опыта в торговле, были грубы и неповоротливы.

В лавку, которая под конторой, продавцом взяли Жучкова Михаила, а в слободскую предложил свои услуги Николай Ершов. Повстречал он как-то однажды на улице идущего ему навстречу председателя потребительского общества Лабина Сергея Никифоровича, остановил его, спросил:

– Сергей Никифорович, постой-ка на минутку, я хочу у тебя спросить насчёт одного дела.

– Ну, спрашивай, я вас слушаю, – вежливо отозвался Сергей.

– Как бы мне к вам в потребилку приказчиком затесаться, я слышал, вы в слободскую лавку продавца подыскиваете, так вот я к вашим услугам, – деликатно изрёк Николай.

– Да ты не наторгуешь, а только проторгуешь! – слегка подковырнув его и высказав сомнение, заметил Сергей.

В это время к ним подошёл Николай Смирнов, вслушиваясь в разговор Лабина с Ершовым, он пока в их разговор не ввязывался, а только слушал.

– Да что, у меня смекалки в голове нет что ли? Или память слаба? Да я если кому и в долг дам, так без всякой записной книжки всё упомню! Любого продавца в торговом деле за поясок заткну, – расхваливая себя, петушился Ершов.

– Ты что, выглядывал что ли оттуда? – с явной подковыркой спросил его Смирнов.

– Выглядывать-то, конечно, не выглядывал, а хорошо помню, что мне там тепленько было.

– Только разве! – с усмешкой заметил Смирнов.

– А что касается насчёт того, что проторгуюсь, так я своими деньгами соответствую, – продолжая начатый деловой разговор, хвалился Ершов.

– А откуда у тебя деньгам-то быть? – с язвительным укором обличал его Смирнов.

– Ты не знаешь, и в моем кармане деньги не считал, вот они позванивают! И видно не слыхивал звона моих монет! – Ершов в этот момент нарочито тряхнул карманом штанов, там и вправду что-то перезвякнуло.

– Вряд ли у тебя в кармане, когда кроме кресала, о кремень что позвякивало, – продолжал злословно подковыривать Ершова Смирнов.