Гастроль в мертвый сезон. Книга вторая. Стреляющие горы

Однако, оставлять подобное обвинение без ответа нельзя, как в мои планы не входило начинать оправдываться.

– Вот когда на попытке побега поймаешь – тогда и говори, – словно оскорбленный до глубины души, предельно жестко ответил я.

– Когда поймаю – поздно будет, – произнес Аслан-Бек, и металл в голосе не оставил сомнений относительно его искренности. Однако уже следующая его фраза была произнесена все тем же иронично-издевательским тоном:

– Да и ты тогда не сможешь узнать о судьбе своих друзей, отход которых прикрывать остался.

Если до этого, никак не реагируя на слова Аслан-Бека, я не просто продолжал лежать, а даже головы в его сторону не повернул. То после этих слов, я невольно сел, постаравшись рассмотреть при тусклом свете звезд выражение его лица. Хотя, даже если бы мне это и удалось, то угадать истинный смысл его намерений, мне по-прежнему было не суждено.

– Ну и что же с ними случилось? – спросил я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно более безразлично.

– Видимо, услышал Аллах твои молитвы, совсем немного не удалось их перехватить. Так что почти все смогли укрыться на американской базе.

– Что значит “почти все”? – невольно переспросил я.

– Того, кто первый из автобуса вышел, американцы почему-то застрелили, – словно делясь забавной шуткой, произнес Аслан-Бек.

Вот только меня его тон оставил равнодушным, потому как в душе поселилось нехорошее предчувствие. Хотя осознание собственной невезучести, не оставляло ни малейшего шанса, что преследующее меня проклятье на этот раз обойдет стороной.

– А как он выглядел?

– Сказали, судя по тому, что вышел первым, это был ваш командир. А еще сказали, что он был высокий и совсем лысый.

Доктор! Ну как же так?! Стоило тебя на минуту одного оставить, как ты умудрился так подставиться!

– Так что, это действительно ваш командир был? – вывел меня из состояния задумчивости голос Аслан-Бека, не срывавшего своей заинтересованности.

Под грузом навалившегося отчаянья, разговаривать откровенно не хотелось. Но и показывать своему собеседнику своих истинных эмоций я не собирался. Поэтому, чтобы поскорей закончить разговор, сказал ему то, что он и рассчитывал услышать:

– Правда.