Выстоять и победить

Взводный, который позавчера в бою поджёг бутылкой с КС вражеский танк, для них – образец мужества. Каждому хотелось чем-нибудь походить на своего командира. Сами того не замечая, люди перестали прислушиваться к грохоту разрывов и жалобному вою летящих мин.

Слово командира, личный пример его очень много значат для бойца в такой обстановке. Достаточно услышать, как взводный или ротный подбодрил растерявшегося солдата или пожурил не в меру бравого, достаточно увидеть, как без лишней суеты делает он под обстрелом своё привычное дело, – и страх отступает, сменяется жгучей ненавистью к врагу.

Политрук третьей роты Михаил Алексеевич Пинкин всегда появлялся в тех местах, где бойцам нужна моральная поддержка. Вот и сейчас невдалеке, слева в траншее, рванул снаряд – Пинкин тотчас поспешил туда. Пострадал лишь один. Товарищи уже принялись его перевязывать.

– Что, Шамов, зацепило? – участливо спросил политрук. – Ну-ка, дайте взглянуть. – С видом знатока он осмотрел рану и заметил:

– Умный осколок был, кость не задета.

– Если второй снаряд в траншею не угодит, – заметил кто-то.

– Не было такого случая, – засмеялся Пинкин, – чтобы второй снаряд попал в то же место. Можете считать, что артобстрел вам уже не страшен.

Бойцы облегчённо вздохнули и стали осторожно выглядывать из траншеи, чтобы выяснить, как ведут себя враги. Ведь артподготовка предшествует атаке.

Но противник, по-видимому, не надеялся на свою артиллерию – в воздухе появилось несколько групп Ю-88.

Тяжёлое испытание

Противник перенёс огонь своей артиллерии в глубину нашей обороны. Именно теперь начиналось самое тяжёлое испытание. Шестнадцать вражеских танков двигались в направлении второй роты третьего стрелкового батальона бригады Кудинова.

– Ну, политрук, наше время пришло, – сказал Пинкину старший лейтенант Попов.

– Слушаюсь!

– Смотри, чтобы народ на рожон не лез. Танки пропускать над собой. Главное – отсекать пехоту!

Команда гитлеровского танка надвигалась на окоп. Прижавшись к сыпучей стенке, сержант Козлов не отрывал взгляда от вражеской машины, выжидал, когда прогрохочут над ним стальные траки, чтобы метнуть в Т-IV бутылку с горючей смесью. Но снаряд сорокапятки опередил сержанта.