Слепень (сборник)

Кричала жена врачебного инспектора Мильвидского, сидящая неподалёку от Вероники Альбертовны Ардашевой. Подскочив с места и трясясь от страха, дама указывала на тапёра.

Голова музыканта запрокинулась, руки безжизненно повисли, а изо рта белыми хлопьями валила пена. И только пианино продолжало играть как ни в чём не бывало. Клавиши, точно ведомые невидимой рукой, сами исполняли окончание лирической пьесы польского композитора. По залу прокатился вздох изумления. Публика поднялась с мест.

Первым на помощь несчастному бросился врач Мильвидский.

Осмотрев тапёра, доктор принялся хлестать его по щекам, пытаясь привести в чувство.

– Он мёртв? – тихо спросил адвокат.

– Да, – грустно констатировал врач.

– А в чём причина смерти?

– Пока ничего не могу сказать. Возможно, паралич сердца или удар.

– Но разве при ударе бывает такая обильная пена?

– У кого как, – пожал плечами медик. – Всё зависит от возраста, образа жизни… Тут, знаете ли, заранее не предскажешь.

Дали свет, и сеанс прекратился. Из кинобудки вышел неприметный человек небольшого роста и остановил механическое пианино.

Тем временем толпа напирала. Людское любопытство победило страх, и вокруг трупа образовался полукруг зевак.

– Так ведь пианино, оказывается, не настоящее, а механическое! – возмутился кто-то.

– Вот-вот! А деньги-то дерут настоящие! – послышался недовольный возглас старушки.

– И тапёр, выходит, не тапёр, а чистый мошенник! – воскликнул какой-то господин в котелке.

– Сударь, побойтесь Бога! Разве можно плохо говорить о покойнике? – пристыдила незнакомца дама в шляпке.

– Господа! Прошу разойтись! – раздался властный голос директора синематографа. – Сейчас прибудет полиция.

Упоминание стражей порядка подействовало, и люди, сначала потихоньку, а потом и торопливо, стали покидать зал. Осталось всего несколько человек: Ардашев с женой, супруги Мильвидские, судья первого участка Бенедиктов, банкир Старосветский и сам директор – Александр Захарович Купский.

От полицейского управления до «Модерна» было рукой подать, и потому начальник сыскного отделения Ефим Андреевич Поляничко и его верный помощник Антон Филаретович Каширин не заставили себя долго ждать.

Первым появился Каширин. Маленький и толстый, точно бильярдный шар, он вкатился в зал и громко, дабы показать свою значимость, провещал:

– Ну-с, кто здесь труп?

– Да вот, собственно, – указывая рукой на тапёра, ответствовал судья Бенедиктов.