Застенок

Когда же я однажды спросил маму с неким возмущением: почему она так делает? Неужели нельзя съесть конфету целиком? На что она отвечала, что доест ее потом. Но когда потом? Через несколько лет, постепенно узнав о сложном детстве мамы из ее рассказов, я осознал, что она поступала так из-за своего комплекса детства – завтра конфет могло не быть и стоит оставить вторую половинку на потом, чтобы ее можно было доесть позже.

Шестого февраля в результате теракта в московском метро погиб сорок один человек.

Более двухсот пятидесяти человек получили увечья. Ваххабиты не успокаивались и военное противостояние продолжалось.

Четырнадцатого марта В. В. Путин был переизбран на второй срок. Люди боялись войны, все хотели мира и спокойствия, поэтому выбор народа был очевиден. Путин был нашей надеждой на мир.

После первой рабочей поездки за рубеж мама только и делала, что мечтала о том, чтобы мы семьей поехали на море за границу. Вскоре ее мечта осуществилась, и родители смогли собрать необходимую сумму на путевку в Турцию.

Первый раз в возрасте одиннадцати лет я оказался за границей. Турция необычайно красивая страна, в которую я влюбился с первого взгляда. Побережье Анталии напоминает сказку, из которой не хотелось уезжать.

Обстановка отличалась от привычного крымского отдыха. За границей все было абсолютно по-другому. Для нас являлось диким понятие ежедневной уборки номеров, аквапарка для детей и взрослых, бассейна, мини-бара, шведского стола.

Русскому человеку было не понять, как можно брать все, что тебе нравится, ведь мы воспитывались на чувстве порционности и ограниченности.

Вспоминаю те годы с улыбкой на лице. Многие соотечественники, приехав в Турцию впервые, усердно пытались отбить затраченные деньги на путевку и набирали целые горы еды. О, это было ужасно! Столы, заставленные едой, несколько видов салатов перемешанные между собой. Мясо и рыба в одной тарелке. От такой бормотухи становилось жутковато.

И алкоголь, много алкоголя. Иностранцы, преимущественно немцы и голландцы наблюдали за русскими с особым интересом. Мы были дикими для них.

Сейчас я могу с убеждением заверить, что русские поступали так не из-за своей жадности и испорченности, а потому что всю свою жизнь прожили в стесненных условиях. В их голове не укладывалось: как можно съесть все, что ты хочешь или как можно пить столько, сколько ты хочешь? Это было не по правилам, не про нас.