Стрельцы

За прошедшую жизнь она растеряла близких и преданных людей, но сохранила жизнь Петра. Когда требовалось, она изображала покорность и без сожаления покидала Кремль ради спасения сына, ради того, чтобы из пугливого, нервного и психически неуравновешенного ребёнка воспитать волевого бесстрашного воина и великого царя.

Первыми воспитателями царевича, которые учили его думать по-русски, писать и читать, знакомили с историей родного государства, были думный дьяк Никита Зотов и подьячий Оружейного приказа Афанасий Нестеров.

Она создала будущему царю «потешные» войска, которые не только обеспечивали его безопасность, но и закрепляли военные навыки, ковали царский характер и дали возможность подбирать молодых единомышленников для реализации его дел и задумок.

«Потешные» войска создавались преданными царице людьми, а набор производился строго в определённом порядке. Позднее был построен «потешный город» Пресбург, в котором проживали принятые на службу подростки, их одевали в одинаковую форму и выплачивали жалование, а по мере взросления выдавали боевое оружие.

Обучением дворянских подростков занимались иностранцы, благодаря которым ученики смогли изучить по несколько иностранных языков; это открывало им возможности в дальнейшем обучении за рубежом.

Руководил обучением молодого «потешного» войска Ромодановский Фёдор Юрьевич, представитель рода Рюриковичей, ближайший друг царя Алексея Михайловича.

Когда количество учащихся «потешного» войска перевалило за три тысячи, их разделили на два полка: Преображенский и Семёновский – первые полки русской регулярной армии.

Царица сделала всё, что было в её силах: переиграла Софью, передала царскую власть Петруше, но он не хотел заниматься государственными делами, а всё возился с «потешными» войсками, строительством на Плещеевом озере «потешной флотилии», а потом увлёкся этой немкой – Анной Монс.

«Когда же он наиграется в военные игры и кораблики и займётся царскими делами, – подумала царица. Её время уходило, и она чувствовала это.

В письмах царица звала Петрушу к себе, пыталась чаще видеться с ними, но он удалялся: рвался то на озеро, то в Архангельск, то в Кукуй, немецкую слободу.