Сергей

Преодолевая боль в горле, он откашлялся, и тихо произнес несколько фраз в качестве вступления. Почти никто его не расслышал. Кто-то крикнул: «не слышно! И даже: «не видно!». Есенину предложили подняться на кафедру, но он отказался. Тогда наиболее активные студенты выбежали на сцену и, подхватив его, поставили на стол.

Есенин, смущенно отряхнувшись, объявил, что будет читать «Пугачева». Он начал читать хрипло, но постепенно овладев голосом, увлекся и его стихи потекли, как полноводная река. Он не просто читал, а, как артист, играл, создавая живые образы своих героев.

Когда он закончил, и остался стоять, обратив взор куда-то вдаль, зал пуще прежнего взорвался аплодисментами, словно всё это время лишь разогревался, готовясь к финальному фурору.

Поэмы двух поэтов были на удивление похожи, что подметил и сам Маяковский, не сводивший глаз с Есенина.

– Это хорошо, похоже на меня! – громко, во всеуслышание произнёс Владимир Владимирович.

– Нисколько не похоже, моя поэма лучше! – ответил Сергей Александрович.

В зале раздался смех.

Девушки под огромным впечатлением шли с концерта в общежитие, держась за руки.

– Это настоящий праздник! – воскликнула Варвара.

– Тебе так понравилось? – спросила Лиза.

– Да, очень! Эти голоса, мимика, жесты, просто театр, – мечтательно сказала она.

– А вы заметили, что Есенин всё время что-то записывал на колене в свой блокнот? – поинтересовалась Вика.

– Наверняка хотел запечатлеть мой лик! – дерзко предположила Елизавета.

– Несомненно! – не сдержав смеха, произнесла Вика.

Подружки захохотали.

Не успели они у себя в комнате переодеться, как в их дверь раздался стук. В коридоре слышались возгласы и шум.

– Кого там ещё принесло? – недовольно проворчала Лиза, открывая дверь.

– Девчонки, айдате, там Есенин пришёл!

– Что?! – вскрикнула Лиза и вслед за ней ее подружки.

– Есенина, говорю, в общежитие привели, повторил знакомый студент, – Маяковский отказался из-за какой-то поездки, а Сергей Александрович согласился.

Девушки, как были, успев только распустить волосы, побежали на встречу с поэтом.

– Прошу вас, только никому не говорите, что я здесь. Я не хочу видеть тех, кто мне неприятен, они гоняется за мной, как ищейки, – просто сказал Есенин вместо приветствия, – понимаете, мне досаждают всякого рода журналисты, просто беда. Никуда не скрыться.