Преферанс на Москалевке

 – Думайте еще! Думайте сильнее!

Не выпуская Ларочкиной руки, Мессинг решительно вышел из комнаты. Взволнованный Морской кинулся следом. Толпа любопытствующих тоже вывалила в коридор. Гипнотизер решительно проследовал к входной двери и застыл напротив расположенной слева неприметной двери в бывшую кладовую.

Ларочку раздирал стыд. Вольф Мессинг оказался куда воспитаннее дочери хозяина квартиры. Он выполнил поручение, не нарушив при этом правил приличия. Элегантно держа рюмку на поднятой вверх ладони, гипнотизер подошел к двери каморки, осторожно постучал и, услышав в ответ удивленное «да?», заглянул в нее.

– Не соблаговолит ли уважаемая дама присоединиться к нашему застолью? – спросил он Ивановну. Та, конечно же, вежливо отказалась.

Ларочка была шокирована:

– Как? Как вы догадались, что я про нее думала? Как узнали, что она здесь живет?

– Такова природа искусства, дочь, – с молчаливого согласия гипнотизера, ответил за него папа Морской. – Не волнуйся, другие загадывали для нашего гостя куда более нелепые задания.

Вспомнив о «других», Ларочка снова помрачнела, и папа Морской, словно тоже прочитав ее мысли, вполголоса спросил Мессинга:

– Моя подруга… Вернее жена моего друга выбежала недавно от вас в расстроенных чувствах. Она спрашивала, что будет завтра. Что вы ей сообщили?

По лицу Вольфа Мессинга судорогой пробежала тень. Он молчал.

– Если это не положено говорить по правилам игры, вы хотя бы намекните! – попросила Ларочка.

 – Света – она очень хорошая. Она наш очень большой друг…

– Нет никаких правил, – устало отмахнулся гипнотизер, выпуская наконец руку Ларисы. – И никакой игры тоже нет. Светлане я сказал, что ее муж безвинно арестован и находится в большой опасности. Сказал то, что не вправе был скрывать. Увы. Мне очень жаль.

В голове у Ларочки что-то отчаянно запульсировало. Как же такое может быть? Это все просто не имеет права происходить на самом деле!

– Может, вышла ошибка? – сквозь шум в ушах слышала она обеспокоенный голос Морского.

 – Если бы что-то такое случилось, Света уже прибежала бы мне сообщить. Но она позвонила Коле и к нам обратно не пришла. Я думаю… – Папа Морской запнулся, увидев, как входная дверь распахивается и входящая Света, лихорадочно хватая свою кофту, пятится снова на лестничную площадку.

– Это ошибка! – остановившись, с вымученной улыбкой проговорила она в ответ на немой вопрос во взглядах присутствующих.