Жестокий век

– Как хочешь… В юрту к дураку Тайчу-Кури больше не вернешься. Будешь работать у кузнеца Джарчиудая. Помашешь молотом – умнее станешь.

Нукер привел Тэмуджина в маленькую юрту, тускло освещенную гаснущим очагом. Кузнец Джарчиудай, пожилой человек с клочковатыми бровями, угрюмо вгляделся в обезображенное лицо Тэмуджина, проворчал скрипуче:

– У-у, рожа-то какая! Я просил подручного, а вы даете разбойника. Веди его обратно.

– Я ничего не знаю, – сказал нукер. – Говори с Аучу-багатуром.

– И поговорю! Неужели не нашлось порядочного человека? – нудно скрипел кузнец.

Нукер, посмеиваясь, ушел.

Кузнец подбросил в очаг сухих лучин. Пламя вспыхнуло, осветив юрту с черными от копоти решетками стен. За очагом на постели, вытаращив любопытные глаза, сидели мальчик лет десяти и подросток.

– Джэлмэ, бездельник, ты чего сидишь? Принеси аргала.

Подросток сунул ноги в большие гутулы, вышел. Кузнец повернулся к Тэмуджину:

– А ты почему стоишь, будто столб коновязи? Пришел – раздевайся.

Сняв шубенку, Тэмуджин положил ее у порога. Кузнец скосил на него угрюмые глаза, приказал мальчику:

– Чаурхан-Субэдэй, повесь шубу. Нойон даже в колодке любит, чтобы за ним ухаживали.

Если до этого Тэмуджин думал, что кузнец принимает его за обычного колодника и потому так ворчит, то теперь стало ясно: он хорошо знает, кто перед ним. Тоже, видать, верная собака Таргутай-Кирилтуха.

Мальчик поднял шубенку, но не смог дотянуться до вешалки.

Джэлмэ принес и аргала, и дров, бросил в огонь смолистое полено, пламя сразу поднялось почти до самого дымохода. В юрте стало тепло, даже жарко. Джарчиудай разогрел на огне суп – остатки ужина, поставил перед Тэмуджином, коротко приказал:

– Ешь!

В котелке плавали желтые блестки жира и темные крошки приправы дикого лука – мангира. Тэмуджин проглотил слюну. Надо было бы, как и в юрте Аучу-багатура, отказаться от угощения.

Презирая себя, стал хлебать суп. Джэлмэ подсел к нему, потрогал руками колодку, спросил:

– Тяжелая?

– Вот наденут на тебя – узнаешь.

Джэлмэ не смутился. Сел еще ближе, шепнул:

– Ты нашего отца не бойся. Он сердитый, но хороший.

– Тому, кто упал в воду, бояться дождя нечего, – хмуро ответил Тэмуджин.

Утром пошли работать. Кузница была в соседней юрте.