Мелодия алых цветов

От края плато до крон росших на равнине деревьев было несколько метров.

– Ну, что там? – спросил Перегудов.

– Спускаться в этом месте опасно – очень крутой обрыв, – отозвался Белобородов…

Оставшиеся возле костра Олег, Катя и Ильичёв смотрели в сторону, куда направились Перегудов и Белобородов. Оттуда продолжали доноситься стоны.

– Так кто же, всё-таки, там стонет? – снова спросила Катя.

– Успокойся, – сказал ей Олег. – Сейчас доедим мясо и сходим в ту сторону, где так противно скрипит гнилое дерево.

– Возможно, Алексею и Максиму Петровичу нужна помощь, – сказала Катя.

– А ведь так может вести себя любое животное, подстраиваясь под чужие голоса и посторонние звуки. Особенно хорошо подражают голосам других животных птицы. Например, иволга может мяукать, словно кошка, и копировать голоса других птиц, – поведал Ильичёв.

– Возможно, таким образом, хищник приманивает жертву, – предположила Катя.

– Не слышал, чтобы хищники своими стонами привлекали жертв, – усмехнулся Олег.

Ильичёв завернул в тряпку оставшуюся часть жареного мяса, убрал деликатес в свой рюкзак, нехотя поднялся и закинул за спину винтовку. Морозов тоже надел рюкзак и взял винтовку.

– Давайте посмотрим на скрипучее дерево. Я уверен, что наши друзья сейчас отдыхают неподалёку от этого старого трухлявого дерева, – ворчливо сказал Морозов.

Тут вновь раздался протяжный стон.

– Это не дерево скрипит. Такие звуки может издавать только животное, – прошептала Катя.

– Этот странный звук действительно не совсем похож на скрип дерева, – согласился, наконец, Олег.

– Может, его как раз дерево придавило, – сказала Катя.

– Это здорово! Представляю, как сейчас Алексей и Максим Петрович разделывают стонущего кабана, которого придавило дерево. Кстати, если бы там не было дичи, мужики уже вернулись, – разговорился Морозов.

– Нам бы только с ними не разминуться, – сказал Ильичёв.

– Надо идти на эти звуки. Они повторяются.

Вскоре снова раздался странный звук, соединивший в себе стон, вой и плач.

– Оно плачет, – прошептала Катя.

– Привидение, что ли? – насмешливо спросил Олег.

– Я не знаю, кто плачет, но чувствую, что ему плохо.

– Как бы нам не стало плохо, – проворчал Морозов. – Что-то не слышно голосов наших друзей.

– Зачем им кричать? Возможно, они уже идут нам навстречу.