Мелодия алых цветов

– У меня есть подозрение, что у Валеры в его холодной крови сейчас происходит разложение гемоглобина, – предположил Ильичёв. – Уж слишком подозрителен тёмно-зелёный цвет крови, которая выступила из его пальца. Похожая кровь и у бирюзовых змей. Тут, похоже, происходят мутации со змеями. И не только с ними.

– Уж не хлорофилл ли образовался в крови Валеры под воздействием змеиного яда? – тихо спросил Белобородов.

– Это безумная гипотеза! Однако кто знает… Трудно сказать, что за змеи здесь обитают, и каковы свойства их яда? – развёл руками Ильичёв.

– Мне показалось, что у Валеры изменился цвет глаз, – присоединилась к разговору Катя.

– Ты права. Кстати, радужная оболочка его карих глаз приобрела зелёный оттенок, а белки теперь испещрены сетью зелёных прожилок, – согласился Олег.

– О чём вы шепчетесь? – с подозрением спросил Игумнов.

– Да так… Ни о чём, – поспешил ответить Олег.

– Ладно, рассказывайте, что со мной ещё не так. Я уже ко всему готов, – попросил Игумнов.

Его товарищи остановились и переглянулись.

– Что же теперь скрывать, Валера, – после недолгого молчания произнёс Ильичёв. – Есть у нас невероятные подозрения насчёт тебя. Возможно, в твоём организме происходит серьёзные изменения из-за укуса фиолетовой змейки. Изменился состав твоей крови. Возможно, гемоглобин распадается. При этом вследствие определённых реакций происходит охлаждение организма.

– Хорошо, что мне это стали объяснять. Мистики, значит, тут нет.

– Каждый человек может оказаться в твоём положении, – сказал Ильичёв.

– Но ведь, если существует яд, вызывающий подобное явление, значит, должно быть и противоядие. Верно? – с надеждой спросил Игумнов.

– Надо будет поймать пару фиолетовых змеек и передать их учёным для опытов, – предложил Белобородов.

– У меня вопрос: кто будет ловить этих тварей? – спросил Олег.

– Что-нибудь придумаем, – сказал Белобородов. – А пока, чтобы и нас тоже не ужалила фиолетовая змея, надо быть предельно осторожными.

– Не думаю, что укус других видов змей на этом острове менее опасен для человека, – заметил Ильичёв.

– И, всё же, необычное явление пугает порой даже больше, чем реальная угроза жизни и здоровью, исходящая от известного людям животного.