Секретарь

И прежде, чем Лёшка успел что-либо понять, жилистая рука безошибочно ухватила его за шиворот и, больно приложив об угол, закинула на подоконник. Затащить Лёшку в кабинет целиком у Мёленбека не получилось – помешали согнутые ноги. Но и так Лёшкино положение выглядело совсем не завидным – он качался на животе, едва доставая ковра на полу кончиками пальцев.

– Бежать решил?

Лёшка поднял голову и встретился с черными глазами хозяина особняка.

– А чё вы!..

– Я? – удивился Мёленбек. – По-моему, это ты, Алексей, пытаешься что-то изобразить.

– Ага, вы же сами тут скрываетесь!

– Это совсем другое дело.

– Все знают, что я здесь. Так что если вы меня убьёте…

– Дурак.

Трость легко шлёпнула Лёшку по затылку.

– Уроды! – чуть не заревел Лёшка, скребя по стене ногами.

Качаться на подоконнике, не имея возможности сползти, было обидно до чёртиков. Нашли себе развлечение, поймали и лупят! Ничего, он их всех… В клочки! Чтобы помнили! Гады! Сволочи! Фашисты!

– Действительно, дурак, – присел рядом Штессан.

Он чуть ли не всё сделал за Лёшку – и пальцы Лёшкины зацепил, и выпер его вверх, и даже за коленом потянулся, но тут уже Лёшка сообразил сам и хоть и ушибся, а забалансировал на одной ноге. Цапля цаплей, но стоячая!

– Так лучше, – оценил Штессан.

– Заползай, – сказал Мёленбек.

Как вчера, он сел за стол и принялся переставлять предметы.

– Давай, – подал руку Штессан.

– Я сам, – отпихнул его Лёшка.

И чуть не грохнулся вниз.

Штессан вовремя дёрнул его на себя, нога нашла опору, пальцы вцепились в короткий ворот безрукавки, вторая нога ребристой подошвой кроссовки протарахтела по углу подоконника. Тр-рынц!

– Простите, – Лёшка выпрямился. – Я это… не рассчитал.

Штессан подтолкнул его к столу.

– Вот что, Алексей, – огладив бороду, сказал Мёленбек, – если хочешь уйти, уходи сейчас. Держать мы тебя не будем. В конце концов, найдём другого секретаря. А ты навсегда забудешь этот адрес.

– Вы всё-таки прячетесь? – спросил Лёшка.

– В некотором роде, – Мёленбек со слабой улыбкой двинул фигурку, похожую на длинноухого, застывшего в стойке пса.

– Просто, если я соглашусь… Это опасно?

– Возможно. В мире возможно всё, на любой его грани.