Неизлечимый детектив

Сидел он прямо, неподвижно, с выражением тупого безразличия на обветренном, грубом лице. Его вилка была вызывающе воткнута в кусок мяса. Было видно, он бы давно расправился с обедом, но вынужден соблюдать субординацию.

Впрочем, подумалось мне, судя по раздраженно шевелящимся усам, субординация скоро пойдет к черту.

С моей стороны – через пустой стул – прокручивала в тонких пальчиках бокал женщина лет двадцати пяти. Похоже, скучала. Именно она жестом пригласила меня к столу.

Синяя юбка. Жемчужно-серый жакет с фестонами по рукаву.

В ушах – серьги. На пальце – кольцо. Нитка жемчуга в два ряда охватывает шею.

Накрашенные губы ее были слегка изогнуты, но я не осмелился бы назвать этот изгиб улыбкой. Скорее, чудилась в нем какая-то защитная реакция.

Да тут клубок змей! – чуть не выдохнул я вслух, поймав брошенный в ее сторону короткий, исподтишка, взгляд артиллериста.

В нем сквозила такая ненависть, что я невольно передернул плечами.

Может, семейное?

Последний сидящий был мне не виден. Чуть наклонившись, я заметил женский профиль с завитой прической и сложенные в «замок» тонкие пальцы.

Вроде бы горчичного цвета, судя по рукавам, платье.

Роняя на пол косую тень оконного переплета, сверкнуло небо.

– М-да, – произнес вдруг мужчина в жилете.

На слух в этом «м-да» было едкое разочарование отсутствием хозяина.

Гарпаст потеребил салфетку, погляделся в отражение столового ножа и на жаркое.

Гул разнесся по дому.

– Семь, – констатировал артиллерист.

– Оливер, – словно ожив, обратилась к старому слуге моя – через стул – соседка, – вы не могли бы поторопить Монти?

Ни от меня, ни, думаю, от Родерика не укрылось, как озадаченно посмотрел на нее старик и как слегка качнул головой «жилетный».

Похоже, голос ее был здесь ничтожен.

Наверное, в поместье она недавно. А вот в каком качестве? Сидящие со стороны моего друга обитатели дома явно находятся к ней в оппозиции.

Но – Монти? Она сказала «Монти». Может быть, молодая жена хозяина? Главы семьи?

Я кашлянул.

– Такой дождь, – сказал я. – Мы ехали…

– Беседа перед едой, – выразительно глянув, перебил меня «жилетный», – портит аппетит.

Артиллерист усмехнулся. Девушка, гипнотизирующая тарелку, вздрогнула.

– Отчего же? – развернулась в пику «жилетному» ко мне соседка. – Мне как раз интересно послушать.