Наследники и самозванцы. Книга пятая

Поклониться иконе Николая —Чудотворца.

– Говорят, ты в Москве была у самой матушки Анастасии?

– Была.

– Ох!

– И в Ярославле была, – врал им напропалую Митяй, – и в Угличе.

– Вот это да-а… А откуда сама будешь?

– С Енисейского монастыря.

Монашки взволнованно зашумели:

– Далеко-то как!!

– Это же, сколько ты шла, горемычная?!

– Да уж, ни мало, – вздохнул Митяй.

– Ох, и повидала, небось, столько интересного!

– Расскажешь нам?

– Завтра, сёстры, – взмолился он, – Непременно расскажу.

– Верно. Чего напустились на бедняжку? – устыдила всех старшая из них, – Отдыхай, сестра. Я распоряжусь, чтоб тебя покормили.

– Ой, а у нас одна послушница готовится на постриг как раз в Енисейский Христорождественский монастырь! – воскликнула вдруг одна монашка.

И тут же получила локтем в бок от настоятельницы:

– Много болтаешь, сестра Аксинья! Придержи-ка язык.

– А что? – скривилась та от боли, – Я лишь к тому, что сестра Дарья могла бы рассказать ей про свою обитель.

– Обойдётся!! – сквозь зубы процедила ей матушка и прикрикнула, – Ступай к себе. Вечерняя молитва скоро. И вы все ступайте! Будет лясы точить!

Голицын украдкой поймал за рясу Аксинью и прошептал:

– Ты не сердись на матушку. А послушницу приведи ко мне после вечерней обедни. Я охотно расскажу ей всё про наш монастырь.

После того, как за окном стемнело, в келью к Митяю осторожно постучали. Он спешно бухнулся на колени перед иконой, изображая, что усердно молится:

– Это я, сестра Аксинья, – услышал он робкий голос за спиной, – Вот, сестра, это та самая послушница, что в Енисейский монастырь едет.

– Сейчас, только молитву окончу, – тонким голосом отозвался Голицын и покосился через плечо на монашку, – А ты ступай к себе, сестра Аксинья. Оставь нас. Мы одни побеседуем.

– Я бы тоже с интересом послушала, – робко произнесла та, но, видя, что её просьба осталась без ответа, тяжело вздохнула, – Ну, что ж.

Митяй дождался, когда монашка уберётся прочь. Поднялся с колен, обернулся и скинул платок:

– Ну, здравствуй, сестрица Мария.

– …Голицын??! – Волынская зажала себе ладонями рот, чтоб не вскрикнуть от радости, – Как ты здесь?!! Что за маскарад?

– Я за тобой.

– За мной?! Что ты затеял?

– Побег.

Она с опаской оглянулась на дверь и понизила голос до шёпота:

– Ты с ума сошёл?!!

– Да ты не бойся. Я всё предусмотрел.