Кавалергардский вальс. Книга третья

– Я умею читать!!

Александр растерялся:

– Тогда я не понял Вашего вопроса, отец?

Павел демонстративно потряс листком бумаги перед лицом цесаревича:

– Дорогой мой сын! Я отлично осведомлён обо всём, что происходит в семье каждого из моих подданных! И то, что ты крутишь роман с Хотеновской ни для меня, ни для кого другого, уже давно не секрет!! Поэтому я отлично понимал твои намерения, когда ты настойчиво советовал мне отправить князя сперва – в Европу, затем – под арест, а потом подальше – в Мекленбург.

Александр покраснел до кончиков ушей и сдержанно пояснил:

– Я считаю, что место верной жены подле её супруга.

Павел пристально посмотрел на него и вдруг… расхохотался. Приобняв сына за плечо, он лукаво ему подмигнул:

– Вот теперь понимаю! Ты прав!! От надоевших фавориток следует избавляться! Ты, наверняка, уже приглядел себе кого-нибудь на замену?

Александр смутился ещё больше:

– Отец, что Вы такое говорите?! Я люблю Елизавету, и я предан ей!

– Вздор!! – перебил его Павел, – Твоя Елизавета – один пустоцвет! Вы живёте вместе шесть лет и никакого толку!! Твоя мать начала мне рожать детей на следующий же год после свадьбы! А вы с Константином на пару выбрали себе каких-то бесплодных кукол!! Впрочем, чему удивляться? Выбирала-то Вам бабушка Екатерина.

– Отец! – возмутился Александр, – Вы не справедливы.

И тут же осёкся, поймав себя на мысли, что чуть не проболтался! А ведь дал слово жене никому не говорить о том, что они ждут ребенка!

К счастью Павел не расслышал его лепетания:

– Ладно. Держи своё прошение (он поставил размашистую подпись на листе). Пусть Хотеновская катится в Мекленбург к своему благоверному!!

Александр, поскольку уже давно потерял интерес к Надежде Алексеевне, не захотел наносить ей визитов. Он просто вызвал Чернышёва и вручил ему запечатанный конверт:

– Отвези это княгине Хотеновской и передай лично.

Дом князей Хотеновских

Саша, не зная содержания письма, был уверен, что Надя и цесаревич возобновили романтическую переписку, поэтому ехал на Мойку, стиснув зубы.

– Надежда Алексеевна дома? – грубо осведомился он у дворецкого, пыхтя от ярости, как закипающий самовар.

– Дома, – учтиво сообщил тот, – Как прикажете доложить?

– Адъютант Его высочества великого князя Александра Павловича.