Кавалергардский вальс. Книга первая

О своих интересах печётся! Окопался в постели Неаполитанской развратницы, как клоп в матрасе, вот теперь и сучит ногами, хочет пристроить дочь своей полюбовницы ко мне под крыло! Нет, дорогой мой Андрей Кириллович, вот тебе мой императорский ответ, – Екатерина порвала письмо и бросила клочки в корзину, – Ноги её здесь не будет!

Вошел дворецкий, с поклоном доложил:

– Ваше императорское величество, Шведский посол граф Стенбок. Просит аудиенцию.

– О, господи, он всё ещё здесь?! Приезжал на свадьбу Александра.

Стенбок вошёл не спеша, выкидывая впереди себя массивную трость. Остановился посреди зала, церемонно раскланялся.

– Как чувствуешь себя, дорогой граф? Чем занимался? Давно не видела тебя в Царском селе, – любезно начала разговор Екатерина.

– Долго гостил при дворе сына Вашего, великого князя Павла Петровича и любезной супруги его Марии Фёдоровны. Очень милое семейство. Был чрезвычайно рад познакомиться близко.

– Ну, чего-чего, а этого добра там хватает, – пробормотала себе под нос императрица.

– Смею заметить, государыня, уж больно хороша великая княжна Александра Павловна.

– Ну, хороша, а тебе на что? – прищурилась Екатерина.

Стенбок, со свойственной ему медлительностью, обстоятельно доложил:

– Я подумал, что неплохо было бы двум большим державам упрочить обстановку в Финском заливе, поженив молодого Шведского короля Густава-Адольфа с юной русской княжной Александрой Павловной.

– Куда хватил! – поразилась Екатерина, – Карл Зюдерманландский, конечно мне брат двоюродный, но он, высунув язык, как верный пёс, глядит на французский берег! И тут наши с ним интересы расходятся. А уж после того, как барон Армфельт, придворный заговорщик-неудачник, провалил заговор против Карла и пустился в бега, точно заяц, по всей Европе. А я, сердечная, беглеца приютила. Вот тут-то братец мой Карл и поразмахивал кулаками от души в мою сторону! Небось, до сих пор руки-то чешутся!! О свадьбе ли речь вести?

– Не будем забывать, Ваше императорское величество, что мнение Карла хоть и немаловажно, но наследный Шведский король всё-таки Густав-Адольф, – напомнил вкрадчиво Стенбок, – А Карл Зюдерманландский лишь его дядя и регент при пятнадцатилетнем наследнике.