Князь Александр Невский

Вот не надо было его прощать да с Лач-озера назад в Переславль призывать, а оттуда в Новгород везти. Смотри, все мои бояре да все слуги только ему в рот глядеть и станут.

– А не забыл ли ты, любезный мой, – мягко спросила княгиня, – что Данила сына твоего спас? Не окажись он тогда на берегу, Саша мог бы сам и не откачать Федю.

– Помню, – хмурясь от тяжёлого воспоминания, проговорил Ярослав. – За то ему всё простить готов.

Говоря так, князь набросил на плечи шубу и в сопровождении княгини вышел на галерею.

Во дворе Фёдор и Александр сидели верхом на оглоблях разгруженной телеги, в которой утром привезли снедь для княжеского стола. На той же телеге, скрестив ноги, сидел Даниил. Несмотря на мороз, он остался с непокрытой головой.

Оживлённо жестикулируя, Данила что-то с увлечением рассказывал мальчикам, те – не менее увлечённо слушали, время от времени заливаясь смехом.

– А потом, – продолжал начатый рассказ Даниил, – этот холоп и говорит мне: «А ты, боярин, не езди сватом, не соглашайся!» Я ему: «А почему это?» А он мне: «Так ведь сам же сказывал, будто дочка та купеческая друга твоего не любит и идёт за него только по велению родителей!» Я ему: «Ну, сказывал, так и что с того? Почему сватом-то ехать не стоит?» «А потому, – говорит он мне, – что если девица та прямо жениху объявила о своём к нему нерасположении, то либо надеется, что твой приятель-боярин от неё откажется, либо просто очень своенравна.

Мальчики вновь засмеялись.

– А разве не должна всякая девица воле батюшки с матушкой покорствовать и идти, за кого те ей велят? – удивлённо спросил Фёдор.

Рассказчик улыбнулся:

– Должна, конечно. Да только не зря народ говорит: «Сердцу не прикажешь!» Можно себя смирить, но редко когда это до конца получается. Родителей не слушаться – грех. Но и они ведь должны детям своим желанную долю выбирать… Лучше всего и всего правильней, чтоб жених с невестой друг друга любили, а родители их благословили на брак честной.