О тех годах

Из башни броневичка показался капитан. Он окинул группу настороженным взглядом, и стал расспрашивать, кто такие, где служим и почему очутились здесь в деревне.

– Идите все в лес, там наши, – капитан показал рукой, куда идти и скрылся в башне. Броневичок укатил. У всех в группе ночной усталости в ногах как не бывало. На ходу стали строить догадки, кого они встретят? На опушке леса их окликнул часовой и вызвал командира. И снова допрос: откуда, из какой части и как сюда попали.

– Кто ваш командир? – спросил Илья под конец расспросов.

– Полковник Гордиевский!

– Так это же…,– вырвалось у Ильи.

И в памяти Ильи появился Константин Николаевич, такой, каким он его видел в последний раз, перед арестом. Это было задолго до войны.

Поздно вернулись из театра они с Ксенией, а дверь им открыл Константин Николаевич.

– Тебе Ксения не холодно в таком легком платье? – спросил он дочку.

– Нет, папа, – весело ответила она.

А у самой лицо бледное, большие черные глаза блестят. Закашлялась и отвернулась, закрыв рот платком.

Худенькие плечи Ксении вздрагивали. Прижав ее к себе, Константин Николаевич ласково сказал: « Эх ты, обманщица!»

« Да, он совсем не такой, как на службе», – подумал тогда Илья.

Он вспомнил, что Константин Николаевич оставил его ужинать и назвал просто Ильей. Тогда Гордиевский рассказывал, как брали Перекоп, за который он получил орден. Как шли по грудь в воде через Сиваш. Рассказывал, как взвод, которым он командовал, батарею захватил. Как отбил атаку белогвардейской конницы и держался до прихода Красной Армии.

Ксения кашляла, но старалась его подавить. На платочке приложенного к губам, была видна кровь. Константин Николаевич заботливо прикрыл плечи дочери теплой шалью. Ушел тогда Илья с чувством глубокого уважения к этому человеку. А утром он узнал, что Константина Николаевича арестовали.

Теперь он шел к нему и думал, узнает ли его Гордиевский?

Полковник стоял у дерева. Его взгляд остановился на Илье. Комдив нахмурил брови, но вот складки на лбу разгладились, и на лице появилась улыбка.

Константин Николаевич подошел к Илье и положил на плечи руки.

– Ну, здравствуй, Илья! – он окинул Шевчука взглядом с ног до головы.

– Три года я не видел тебя, как ты возмужал, раздался в плечах! Илья стоял перед ним и с тревогой думал о том, как доложит ему о батальоне, который перестал существовать.

– Ты не рад встрече? Ну, рассказывай.

У Ильи как будь-то что-то, оборвалось внутри. Он начал все рассказывать.