В Одессу на майские

Так что постоит мой мерин под крышей, пока себе новую тачку не куплю.

– Ничего себе, как живут студенты! – удивилась Ирина. – О новых машинах мечтают!

– Кто как! – возразил Петька. – Вон Матрос с хлеба на воду перебивается, не желая работать на мироедов. Ведь так, Глебушка?

– Да, я отказываюсь участвовать в эксплуатации народа! – гордо повернув голову к Ирине, ответил Глеб. – И машина мне тоже не нужна, от таких машин только одно загрязнение окружающей среды. Их прокат надо запретить.

– Ах, запретить! – воскликнул Пашка и, резко затормозив, предложил:

– А ну, выметайся!

– Да ладно тебе, Глеб пошутил, это он в тебе классового врага видит, вот и болтает, а кататься на машине любит, правда, Глеб? – заступился за соседа по комнате Петя.

Глеб буркнул себе под нос что– то примирительное и через пять минут Павел уже парковал свою машину на стоянке Витебского вокзала. К площади Пушкину пришлось пробираться через шеренгу омоновцев.

– А митинг разрешен? – опасливо поинтересовалась Ира.

– Митинг разрешен, а вот шествие – нет, – ответил уверенно Петя, – в инете читал. А зачем нам шествовать? Постоим, покричим – и все.

На площади уже собралось значительное количество митингующих. В основной своей массе это была питерская интеллигенция: утонченные питерские старушки и старички с бледными от старости лицами, хорошо одетые молодые люди со всеми признаками офисного благополучия, студенты всех мастей, среди которых выделялись хипстеры, так называли обеспеченную городскую молодежь, исповедующая западную культуру и образ жизни.

– А и детсад здесь, – усмехнулся Глеб, – как без него!

– Какой детсад? – свысока поинтересовалась его спутница Татьяна, покачиваясь на высоченных каблуках, верной примете провинциалки.

– А вот эти парни в детских одеждах и с подгузниками, – ответил с откровенным презрением Глеб.

Хипстеры, действительно, отличались от остальных парней и полудетской одеждой с обязательными вязаными шапочками с бубонами, огромными шарфами на шее, и школьными рюкзачками за спиной.

– Они что, реально с памперсами? – продолжала расспрашивать Татьяна.

– А с чем же еще? Видишь, у них мотня висит сзади на джинсах. Это чтобы там подгузник умещался. У нас один такой чмошник есть. Только ленивый не прикалывается к нему с вопросом: «А ты подгузник давно менял, а то запах какой-то…»

– Да, есть у нас такой чувак, – поддакнул Петр приятелю, – в принципе, он парень ничего, но какой– то заторможенный.