Колымская сага

Перед глазами вдруг возникла картина взрыва, я почувствовал сильную боль в ушах, легкие с хрипом наполнились воздухом, и я нырнул под воду по направлению к берегу. Мозг охвачен страхом и бессильной яростью. «Перехитрили, сучата! Перехитрили! Мать твою…» – звучало в голове. Вот и берег! Выбираюсь ползком на берег, цепляясь за кусты. Откидываюсь на спину и смотрю в предрассветное небо. В груди клокочет злоба.

Я с ужасом пришел в себя. Перед глазами коряга. Славка напряженно смотрит на меня.

– Ну? – с надеждой выдавил он из себя.

– Жив. Пронырнул под водой. Оглох слегка и в голову ударило. Все остальное цело. Злой как дьявол.

– Я так и знал. Надежды нет. А где сейчас?

– Да не видел я, Слав. Только это.

– И то, слава богу.

Мы собрались, перекинули мосток и перешли на берег.

– Иди вперед с мелкашкой, – Славка внимательно осмотрелся вокруг. – Он видел, что мы собираемся. Может оказаться впереди нас, но не намного. Скорее всего, будет тащиться сзади и ждать, когда удобней напасть. Стреляем на любой подозрительный шум.

Мы не спеша двинулись вдоль берега, прислушиваясь к шумам окружающих зарослей. В этих местах, если не идти через бурелом, можно передвигаться почти бесшумно, используя мох. Это снижало вероятность обнаружения преследователя, но такая возможность была отнюдь не везде. Достаточно часто приходилось продираться через кусты и бурелом.

Минут двадцать мы продвигались вдоль озера, где местность была относительно открытой, затем углубились в чащу. Не слишком густая растительность позволяла идти относительно быстро. Зэка слышно не было.

– Давай шмальнем куда-нибудь на всякий случай, – решил Славка.

– Куда?

– Давай вперед отработаем.

Я вскинул мелкашку, выстрелил и упал, перезаряжая. Сзади грохнул выстрел из двустволки.

– Знай наших! – Славка вытащил из ствола и выкинул пустой патрон, затем вставил новый.

Мы двинулись дальше, гордые своей боевой подготовкой.

Я смотрел под ноги и вдруг впереди себя заметил едва различимый след башмака. Мох еще не успел распрямиться и скрыть его. Я указал на него Славке, и мы оба уставились на это свидетельство того, что наш противник опередил нас и, видимо, зная наш маршрут, устроит нам засаду. Это меняло положение вещей, поскольку мы уже не имеем никакой возможности его услышать. А он может напасть неожиданно.