Сильнее смерти любовь. Мать солдата

Обуреваемые унынием по причине себялюбивого желания не опоздать на «праздник жизни», мы уже почти что перестали верить в возможность жертвенности, подвига, любви; и героические ленты прошлых лет стали забываться в хаосе новомодных «переосмыслений истории», когда злодеи и герои, победители и побежденные каким-то причудливым образом меняются местами. Они воевали, чтобы мы вспомнили, наконец, свое вековое предназначение – быть представителями великой православной цивилизации, удерживающей весь остальной мир от «расчеловечения» и, чтобы, несмотря ни на что, продолжали нести свой Богом определенный Крест, и, как прежде, показывать миру образцы жертвенной любви, благородства, мужества и святости, да не погрузится мир окончательно в бездну малодушия, страха и отчаяния, толкающих его на любые преступления ради сохранения своего примитивного земного благополучия.

Вслушиваясь в пронзительное слово матери солдата, напечатанное в этой книжке, как будто бы вступаешь в одновременно страшную и чудесную область света, непривычно ослепительного для нас, где словно оживают легендарные герои духа, сходят с икон и со страниц житий или, лучше сказать, воскресают в своих сегодняшних неожиданных преемниках.

Тебе казалось, что они, эти герои духа были где-то там, в каком-то легендарном полумраке, когда-то давно, в какой-то романтической древности, казалось бы, так резко контрастирующей с нашей современной меркантильной эпохой. И вот они появляются среди нас сегодня и оживают в наших современниках.

Инок Максим (Смирнов)

«Солдатская служба – жертвенное служение»

Выступление Л. В. Родионовой перед военнослужащими в солдатском клубе гарнизона Ракетных Войск Стратегического Назначения (РВСН) «Балабаново -1»12 ноября 2006 г.

Перед вами единственная фотография, которую он прислал с Кавказа. Ему на ней столько же лет, сколько вам, ребятам, надевшим военную форму. Ему было всего восемнадцать лет, а в девятнадцать он должен был сделать выбор: либо снять свой крестик, принять ислам и встать в ряды боевиков (а это непременное условие), и тогда ты вынужден будешь стрелять в своих вчерашних друзей, с кем ты ходил в разведку, ел кашу из одного котелка, курил одну сигарету на весь взвод; либо ты должен принять то, что ты должен принять.

Четыре русских парня: из Липецкой области, из Орла, из Нижегородской области (поселок Вача) и из Подмосковья… Никто из них не стал предателем.