ПТУшник

Да и парни местные деревенские ей не нравились как-то совсем, в неполные шестнадцать лет она смогла уехать к старшей сестре, где и получила паспорт.

Смогла, таким образом, легализоваться в стране победившего пролетариата и ему союзного крестьянства, которое само находилось в таком сомнительном правовом поле, что не может свободно ездить по стране, не имея паспорта на руках и останавливаться в гостиницах тоже. Вынуждено получать справку в сельсовете каждый раз, когда есть нужда.

А правление может эту справку и не дать, когда уборочная страда или просто плохие отношения сложились с руководством.

Паспорта же вообще выдают очень тяжело и без всякого восторга, хотя право такое у колхозников все же имеется.

Однако у колхозников право имеется, а у председателя колхоза в наличии есть ядреный шиш, который он регулярно демонстрирует хитрованам, навострившим лыжи к новой легкой жизни в городе.

Поэтому мать не стала ничего просить, а просто уехала со своей матерью, моей бабушкой, к устроившейся уже в жизни сестре.

Хотя дед и предлагал ей купить наручные часы, чтобы она осталась с родителями, но матушка в колхозе не захотела жить даже с часами на руке. Искала место для жизни получше и нашла.

Зато потом мать перевезла в Ленинградскую область свою среднюю сестру, у которой не заладилась жизнь в том же волжском городе с мужем, любящим залить за воротник, как и все местные мужики.

В итоге получилось, что средний брат отца с семьей живет в соседнем доме с нами, младший в общежитии так же недалеко, сестра матери в пятнадцати минутах ходьбы и только ее старшая сестра в сорока минутах езды на автомобиле по берегу Финского залива.

Зато постоянно привозит нам упаковки вкуснейшей копченой салаки в деревянных коробках и прочие деликатесы из колхоза-миллионера "Балтика".

Когда приезжает в большой город с улучшенным снабжением закупиться необходимыми вещами и продуктами, благо, что зарплаты в колхозе рыбаков очень солидные. Правда, ходить по Балтике на траулерах или разделывать рыбу на своем заводе – очень тяжелый труд.