Зона личной безопасности. Тревожная кнопка

Голос по-прежнему не отличался дружелюбием:

– Слушай… Я насчет Ольги… Не поминает меня? – Еще как… Сплошные метафоры… На глаза лучше не попадайся. И мне, кстати, тоже.

Отношения Копейкина и Гориной нельзя описать в двух словах. В четырех можно. Нашла коса на гордость.[2 - О природе отношений Копейкина и Гориной можно узнать из той же книги «Идеальный охотник».] Каждый считал себя униженным и оскорбленным. И соответственно, правым.

– Постараюсь… Останови, дальше сам доберусь.

Коля причалил к обочине. Копейкин дверью не хлопал.

Но и не прощался. Молча вылез из салона и направился к остановке маршрутного такси, где веселый гармонист распевал матерные частушки, зарабатывая на хлеб.

– Здесь кондитерский рядом, – прокричал вдогонку Бойков, – там гранаты шоколадные. Купи парочку.

– Уже купил, – не оборачиваясь, ответил Копейкин, – готовьтесь…

Кириллу Павловичу очень хотелось разбить фару бойковской «девятки» или лобовое стекло. А потом еще и морду этого остряка. Но интуиция подсказывала, что сейчас этого лучше не делать.

«На глаза не попадайся. Сам, блин, не попадайся».

Мужичок с гармошкой, заметив мрачную физиономию Кирилла Павловича, подмигнул ему и завернул такой куплетик, что покраснели даже голуби, бродившие по асфальту. Копейкин немного успокоился от подобной терапии и даже бросил куплетисту звонкий червонец. В иной ситуации привлек бы за мелкое хулиганство.

Маршрутка подошла быстро, начинался час пик. До офиса потерпевшего Темнова минут двадцать. Можно пока прикинуть, как построить беседу с его шефом.

Сразу накатить или дать фору.

Но он ничего не прикидывал. И не двойное убийство его волновало, и не конфликт с Бойковым. Его в последнее время мало что волновало. Под последним подразумевалось время с момента его разговора с Ольгой. Перемкнуло что-то. Да, оставалась обида на нее, но та же пресловутая интуиция подсказывала, что в определенные моменты она не притворялась. Например, там, на берегу. Да и у нее дома… Поначалу да, играла, но потом…

И еще он понимал, что в тот день, когда вышел из ее кабинета, внутри образовалась какая-то пустота.

Которую ничем не заполнить. Ни работой, ни развлечениями, ни песнями в караоке-баре. И уж тем более не уборкой квартиры. Стимуляторы Копейкин не употреблял.

Наверно, можно попытаться еще раз встретиться с ней, поговорить. Но мужская гордость не давала нажать кнопку вызова на мобильнике. Ведь, кто первым предложит сесть за стол переговоров, признает свою вину.