Поп-корн

Свернув одеяло и спрятав его в диван, я извлёк из залежей стола пару пластиковых стаканчиков и поставил их перед ночным визитёром. Тот проворно нарезал скальпелем лимоны и распечатал банку с селёдкой.

– Если закуски маловато, я принесу.

– Хватит.

– Нет, пожалуйста, вы не стесняйтесь, у меня в палате запасов много. Жена накупила, а мне сейчас, кроме каши, ничего и нельзя.

– Хватит, – повторил я.

– Well[1 - Well (англ.) – хорошо.]. – Дмитрий Сергеевич разлил виски по стаканам. – Я с содовой так и не привык пить, но вам могу разбавить.

Из второго кармана волшебной шёлковой пижамы на стол переместилась пластиковая бутылка «Швепса». Пижама, к слову сказать, не принадлежала нашему загибающемуся больничному хозяйству, а, вероятно, была приобретена родственниками пациента по случаю. Что вполне естественно для людей, не стеснённых в средствах, а судя по всему, больной в них не нуждался. Один браслет на запястье тянул на десять моих максимальных зарплат.

– Мне тоже без содовой.

– O'key.

Мы взяли стаканчики, чокнулись и выпили за мои золотые руки. Я не настолько разбираюсь в виски, чтобы определить – настоящее оно или нет. Остаётся полагаться на слова собутыльника и надеяться счастливо избежать летального исхода от отравления суррогатом. Закусив долькой лимона, я убрал свой стаканчик в стол, дав понять, что пить больше не буду.

– Напрасно, – покачал головой Дмитрий Сергеевич, присев на стул, – все равно не спите. А если начальства боитесь, то до утра выветрится.

Да, уснуть теперь вряд ли получится. Виски подействовало не как снотворное, а наоборот, словно бодрящий кофе.

– Я же, говорил, Дмитрий Сергеевич…

– Можно просто Дима, – перебил меня собеседник.

– Я же говорил, Дима, что дежурю, и начальство здесь ни при чем. Могут доставить больного, я должен быть трезвым. Спасибо за виски.

Если честно, многие мои коллеги уклоняются от необходимости трезво глядеть на мир в рабочее время, что приводит к казусам вроде забытого в животе пациента тампона или пинцета.

Взяв ещё одну лимонную дольку, я взглянул на его челюсть.

– Где это вас так? Если не секрет, конечно.

– Х-хе, – усмехнулся Дима, – я вам как раз и собирался рассказать. Это весьма любопытно.

Ну все понятно.