Волшебник

– Что чувствуешь?

– Тепло… И мороз по коже…

– Вижу блондина… Короткая стрижка, белая футболка… На предплечье татуировка… То ли дракон, то ли собака.

– Лиса… – заерзала на стуле тамбовская девчонка.

– Да… Лиса… Расслабься, не ерзай… – Святозар закатил глаза к потолку. – Ничего не бойся. Если ты хоть раз видела номер, он сохранился в твоей памяти, а значит, и в твоем энергоинформационном поле. Я попробую извлечь.

Даша замерла, вжавшись в стул. Ладонь экстрасенса по-прежнему висела над ее темечком, но теперь проводя над ним небольшие круги.

Длилась процедура пять мучительных минут.

– Возьми трубку… Набирай.

Даша схватила сумочку, висевшую на спинке стула и извлекла из ее богатых недр мобильный.

– 9… 4… 1… 6… 8… 1… 0… Звони.

– А оператор?

Экстрасенс снова закатил глаза, слегка запрокинул голову и выдал префикс.

С третьей попытки девушка набрала номер.

И о чудо! Из динамика раздался знакомый голос. И хотя она ни разу не слышала его по телефону, узнала сразу:

– Женя?

– Даша, это ты?!

– Женька!!! – воскликнула Даша, словно упомянутая беременная старшеклассница, узнавшая, что тест оказался ошибочным, – Женечка, у меня трубку в поезде украли!

– Дашенька, а у меня мама рубашку с твоим номером постирала! Я не знал, как тебя искать.

Ты же мне даже фамилию свою не сказала!

– Да, дурацкая у меня фамилия! Смирнова! Банальность, но не в петлю же теперь лезть?

– Как ты меня нашла?

– Ты не поверишь! – обладательница банальной фамилии одарила экстрасенса сияющим взглядом.

 – Потом расскажу, при встрече. Я в Питере сейчас! Давай в семь на том же месте!

– Уже выхожу!

Трубка нырнула в сумочку, Дашенька посмотрела на Святозара, словно на Господа. На великого и ужасного, хотя и без нимба.

Как он обожал эти мгновения.

– Спасибо вам… Вы. Вы настоящий волшебник! Сколько я должна?

* * *

В приемной настоящего волшебника всегда играла музыка.

Не какая-то попсятина или кислота, а общечеловеческая классика. Моцарт, Гендель. Иногда Фрэнк Синатра. Дабы клиент подсознательно понимал, что имеет дело с серьезными людьми, а не с дешевыми шаромыжниками.

И очередные страждущие чуда, возможно, тоже понимали. По крайней мере, одна из двух. Та, рыжеволосая. Вторая – черненькая, не очень верила в чудеса, что и демонстрировала, не стесняясь сидящей в приемной секретарши Юлии.