Спецслужба Императрицы. Альтернативная история

– А я, пожалуй, выпью… Эй, там! Водки шкалик и закусить что-нибудь!

Выпить было необходимо: во-первых, чтобы не выйти из образа, во-вторых, чтобы успокоить взвинченные нервы, в-третьих… Придумать, что «в-третьих», не удалось. Выплеснув стопку в глотку, офицер принялся закусывать копчёной корюшкой.

– Во здравие! – сладенько прошептал Федосей.

Прожевав рыбку, Петровский закурил и уставился на потенциального исполнителя в упор.

«Если честно, особого доверия не внушает… несерьёзный какой-то. Но другого-то нет!»

– Ну, что?

– Что, дяденька Ангел?

– Возьмёшься врага моего уконрапупить?

– Это, который на Лиговке?

– Да.

Зовут Архипом. Мастеровой по памятникам.

– Сделаю, – серьёзно кивнул парень, – а… за сколько?

– Два куска.

Лицо Федосея просветлело: он таких денег отродясь в руках не держал и даже не видел!

– Завтра же!

Через стол порхнула открытка.

– Вот, на грудь ему положишь. А это тебе задаток, сотня.

Жадно схватив деньги (пачку рублёвок) парень исчез.

Назавтра Петровский узнал, что Федосей прикончил Никонова, воткнув ему в спину шило.

Но произошло это на базаре! Парня повязали, при этом ещё и побили. При обыске у него нашли открытку с Немезидой. Допрашивать неудачливого убийцу взялся сам Путилин, начальник Сыскной полиции.

– А ну, признавайся, зачем человека зарезал!

Дрожащий Федосей запираться не стал:

– Велено мне было!

– Кем велено?

– Ангел ко мне вчера приходил. Этот, говорит, Архип, мой враг. Надо его уконтрапупить.

– Ангел?!

– Ага…

– А картинку тоже ангел дал?

– Так, дяденька! Положи, говорит, усопшему на грудь.

– Зачем?

– Должно, знак такой, ангельский. Только я не успел, положить-то.

Сначала Путилин заподозрил, что у парня не всё в порядке с головой. Но, порывшись в архивах, выяснил, что Ангел – это кличка варшавского вора, умершего на каторге в Акатуе в прошлом году. Стало быть, кто-то выдал себя за него, чтобы убить простого работягу, хотя бы и чужими руками. Но кто? И причём тут Немезида? И как это связать с другими убийствами? Темна вода во облацех!

Штабс-капитан на всякий случай сжёг розовую рубаху в камине, а калоши утопил в сортире, ибо эти предметы могли привести к нему.

Привлечение к ликвидации новых уголовников он решил отложить. Идея-то была хорошая, но оно вон как обернулось!

Маргариту Пфальц-Пшедецкую и революционеры, и Охранные знали, как анархистку со стажем: в молодости она была нежной и любящей подругой самого Михаила Бакунина.