Гончар из Модиина

Вскоре они оказались внутри большого двора. В центре солнечными осколками рассыпались струи замысловатого фонтана. И тут же исчезали в прозрачной воде просторного бассейна.

В отличие от шумных и знойных улиц города, здесь было прохладно и тихо. Воины, стоявшие у огромной двери, скрестили копья, но, увидев на кожаном панцире конника пурпурную ленту, мгновенно подняли оружие, приветствуя награжденного.

Царским наместником и одновременно военным комендантом порта, оказался невысокий, плотного телосложения, македонец.

Войдя в огромный зал, Эльазар приветствовал коменданта, как высшего военачальника, приложив правую руку к левому плечу и чуть преклонив голову.

В ответ последовал дружеский взмах руки, который означал ответное приветствие и одновременно приглашение — присесть рядом на высоких, расшитых золотом, подушках.

Эльазар вновь приложил руку к плечу и показал на солнечный закат, что по традициям конников означало: не остается времени на разговоры.

— Кто ты, храбрый воин? И чем могу быть полезен? — раздражаясь поспешностью гостя, спросил комендант.

Вместо ответа Эльазар сделал по-военному два шага вперед и передал коменданту отпускной документ.

Комендант медленно слово за словом прочитал написанное и теперь, уже не скрывая раздражения, довольно грубо спросил:

— Что де ты хочешь, храбрый… иудей? А ведь мне послышался в твоей речи фессалийский говор, — и весело захохотал.

— Не по диаметросу амфоры определяется вкус вина! — произнес Эльазар одну из фессалийских пословиц, услышанную им от Никоса. — Ты, уважаемый комендант, как мне представляется, невнимательно прочитал документ.

Озадаченный смелым поведением гостя, комендант, скрывая злость, вновь развернул папирус, и вскоре на его лице появилась виноватая улыбка.

Теперь перед Эльазаром был не напыщенный вельможа, но старый армейский служака, по недосмотру допустивший серьезную ошибку и готовый тут же её исправить.

— Я всю жизнь был солдатом, — извиняющимся тоном сказал он, — и моим оружием всегда был меч, а не перо. Потому-то я сразу и не заметил руку и печать самого Проклоса.

— Ты, дорогой посланник, к нам с миссией или проездом? — уже по-деловому, но уважительно спросил комендант.

— Для начала пригласи людей из сыскного отдела, — строго сказал Эльазар.