Гончар из Модиина

Игрушки отличались тщательной отделкой, но главное, что удивило Эльазара, их необычно яркая раскраска. Он даже приблизил факел, чтобы лучше рассмотреть спрятанное.

Ему были неизвестны краски, использованные Эстой. В этом она явно превосходила его. Эльазара охватила огромная радость — ведь Эста была не только его рабыней, но ученицей.

Затем, немного успокоившись, уложил на место ковер и в который раз подумал: "Что за всем этим скрывается?"

Сейчас, прощаясь с мастерскими, к которым был так сильно привязан, он вспомнил тот случай с игрушками и вновь зашел в шатер Эсты.

Поднял край уже знакомого ему ковра, заглянул в тайник, но там, кроме сухой травы, ничего не было. Вышел. Издали увидел Эсту. Она шла плавным, размашистым шагом. Ему показалось, что она вовсе не касается земли. Парит в воздухе. Её длинная серая хламида бугрилась, выдавая изгибы коленей стройных ног. Талия, как всегда, была перетянута темно-вишневым поясом.

Она увидела Эльазара. Направилась к нему, заторопилась, и он увидел её лицо, озарённое улыбкой. Эльазар мог бы в ту минуту поклясться, что глаза Эсты излучали всё тот же таинственный темно-вишневый свет.

Она замерла в трех шагах от него. Смиренно склонила голову, как это делали рабыни. Он слышал её учащенное дыхание, видел, что она сильно похудела, выглядела усталой, но одухотворенной.

Его пронзило глубокое чувство жалости. Она стояла перед ним беспомощная и до боли близкая.

Руки ей еле заметно дрожали. Стараясь это скрыть, она непрерывно поправляла выбивающиеся из под ленты пряди непослушных волос. От её движений лента ослабла и на плечи упала толстая, туго сплетенная коса. И, ошеломлённый Эльазар увидел перед собой не Эсту, но свою незабвенную невесту — Ривку.

Именно в это мгновение он поклялся Всевышнему, что больше никому и никогда не позволит обидеть эту девушку, даже если это будет стоить ему жизни.

Чувствуя, что произошло что-то необычное, Эста невольно потянулась к нему, но он был непроницаемо суров.

Вскоре раздался топот мчащихся лошадей. Эльазар сразу же узнал связных из Антиохии. В этот день они привозили — засургученные папирусы с приказами и распоряжениями, изредка деньги, письма-пергаменты для офицеров и солдат гарнизона. Вестовые спешились у офицерских шатров.