Возвращение

Оно заключено в наших традициях, в наших обычаях, в нашей безоговорочной вере в единого Бога.

— Да, я это знаю, — насупившись согласился эллин. И он вспомнил кровавые усилия Апеллеса направленные на то, чтобы искоренить иудейские обычаи и верования.

— Вы имеете в виду брит-мила? — спросил Силонос, используя именно это ивритское слово.

— И брит-мила тоже, — согласился Нафтали. — Но кроме этого важнейшего признака, свидетельствующего о заключении Союза с Всевышним, нам подарено счастье еженедельно праздновать царицу Субботу.

День молитв и день священного отдыха.

— Это верно, — произнес в глубоком раздумье Силонос, — в наши мрачные дни рабства, еженедельный отдых — это дерзкий вызов обществу. И это я успел хорошо усвоить в Иудее. Люди исправно платили кем-то названные "праздничные субботние штрафы", их избивали, отсекали головы, но в этот день они не выходили на работу.

Силонос расслабил пояс. Снял меч. Осмотрел помещение синагоги и увидел множество глиняных сосудов, сконцентрированных в угловой нише.

Узнал кубки, созданные в мастерской Эльазара и разрисованные рабыней Эстой.

…Где они теперь? Что с Шифрой?

Думая не раз об иудейской девушке, он уже не скрывал перед собой, что она прочно вошла в его жизнь. И её отсутствие лишь подчёркивало её постоянное присутствие в его мыслях и чувствах.

Будучи реалистом, он понимал, что этот период его жизни пройден. А пройденное не возвращается даже в мифах. Тем не менее, непонятная надежда продолжала в нем жить.

Продолжала волновать его мятежную душу. И не эта ли надежда привела его, гордого и независимого эллина, в эту синагогу — Дом собраний варваров, к которым принадлежала Шифра?

Видя, что Силонос глубоко задумался, Нафтали заволновался. Не обидел ли он неосторожным словом гостя? Он этого совсем не хотел. Но может он, Нафтали, ошибается и его многолетний опыт общения с людьми, раскрыл перед ним волнение души этого честного, прямого и мужественного человека.

Это предположение вызвало у раввина ответное волнение, он потянулся к эллину в стремлении восстановить утерянное равновесие. Он раздумывал.

Наступило продолжительное молчание, каждый был погружен в свои мысли.

Здесь было прохладно и Силоносу показалось, что раввин собирается сказать ему что-то чрезвычайно важное, и он знал, что это будут не простые слова, которые обычно принято говорить при встрече старых знакомых.