Возвращение

"Любопытно, что делает в группе пленных женщина, которая была с царским посланником в тот славный рейс? Не свалял ли он дурака, захватив пассажиров судна " Биркат— Эль-7" в качестве пленных или рабов, на свой борт?

Быть может, как и тогда, у этих людей было какое-то задание свыше?

Слово "свыше" — всегда вызывало в душе честного, добродушного по своей натуре человека, каким был Аристо, некоторую растерянность.

Но он тут же успокоил себя: пусть в этом разбирается Манитей — этот постоянно вынюхивающий пёс.

Потом улыбнулся, вспомнив, как Полемарх, прежний комендант Александрии, едва не повесил Манитея за то, что он или его люди украли у посланника талант серебром, полученный им в при дачу, к пурпурной ленте награжденного " За храбрость".

Вновь, было, потянулся к амфоре, но увидел, что рядом с ним стоит его неизменный помощник и ангел-хранитель Амфотер.

Погрозил ему кулаком. На совести помощника была добрая доля вины за столкновение кораблей.

Затем позволил Амфотеру увести себя в капитанскую каюту, так как был в достаточно расслабленном состоянии.

Солдаты, стоявшие вдоль борта, добродушно улыбались. Они знали, что по прибытии в порт, их ожидает вино, хорошая еда и веселье. Неожиданные трофеи, оказавшиеся в их руках, были, как им казалось, заслуживающими вознаграждения.

Глава 3

Возваращение Силоноса

Однако, прежде чем продолжить повествование о нелегкой судьбе пленных пассажиров "Семерки", попавших в крайне тяжелое положение, пришло время рассказать о Силоносе, отправленном по злой воле Апеллеса в далекий и опасный Дура-Европос.

За два года, что Силонос там не был, положение форпоста резко ухудшилось. Значительно изменился состав гарнизона, но что особенно встревожило вновь назначенного гипарха — это полное отсутствие офицерского состава. Главкон, как он знал, погиб. И место его пустовало. В Антиохии, с горечью отмечал Силонос, по-прежнему были заняты какими-то важными делами, но чаще всего грызлись за теплые места, поближе к императору.

Филона — когда-то делового и подтянутого командира отряда лучников, он попросту не узнал. Перед ним оказался обрюзгший медлительный человек в его глазах застыла тоска и полное безразличие. Однако когда он увидел Силоноса, эта тоска мгновенно улетучилась. Её место занял неподдельный испуг, суеверный страх, как у человека неожиданно увидевшего привидение. Приподнялся, было, но потом махнул рукой и вновь погрузился в подушки.