Чёрные ночи Райстронга

Ты вообще такая рослая, массивная и необычная… Что ж, сиятельнейший примад Аполлониус позволил мне самому допросить вас, а потом переправить в столицу. Там вас будут показывать столичным жителям, как диковинку.

– Выходит, не мне одному пришла в голову такая интересная мысль! – обрадовался Палантион.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что ты также мудр, как сиятельнейший Аполлониус? – с угрозой произнёс Циркониус.

– О, никоим образом! – прошептал дрогнувшим голосом Палантион.

– К тому же, ты ослушался меня, Палантион, и продолжаешь беседовать со мной на языке черни! Почему ты не обращаешься ко мне на латворде? Мне придётся сделать соответствующие выводы относительно тебя и места твоей службы.

Палантион съёжился и попятился.

Циркониус встал с кресла, спустился по ступеням с возвышения и обошёл Светлану. Увидев язвы на её лице и вздувшиеся рубцы на ногах, спросил:

– Ты такая строптивая, что тебя приходится учить твоему мужчине? Ведь, как мне известно, земные женщины всю жизнь находятся в рабстве у своего единственного мужчины.

– Земные женщины не рабы у своих мужчин. Я оцарапалась о ветви, – сказала Светлана.

В этот момент Циркониус ущипнул Светлану за бедро. Светлана молниеносно отвесила Циркониусу пощёчину. Тот отшатнулся и, не удержавшись, упал и ударился затылком о нижнюю ступеньку. Его высокая корона громко зазвенела, и из-под неё вытекал лужица крови. Правитель города застыл, лёжа на спине и раскинув в стороны руки. Глаза его были широко закрыты.

– Я не нарочно! Это получилось инстинктивно.

Толстый охранник приставил к её груди арбалет.

– Ты осторожнее с оружием! А то стрела ещё сорвётся, – сказал Антон, отведя рукой арбалет от груди девушки.

Толстый охранник угрюмо взглянул на Антона. Ещё более перепуганный, чем Светлана, Палантион, встал на колени и склонился над правителем. Затем он повернулся к пленникам и проговорил:

– Его нельзя было так сильно бить.

– Он ущипнул меня! – сказала Светлана.

– Подумаешь, ущипнул! Это была великая честь, – проворчал Палантион и, обратившись к толстому охраннику, сказал:

– Сириониус, тебе решать, что делать дальше.

– Я всего лишь начальник личной охраны Циркониуса, – сказал полный арбалетчик и тут же поправился:

– Бывший начальник… Теперь мне не поздоровится. Я не уберёг благороднейшего Циркониуса.