Возврата к старому не будет

Приказывает убить рано утром в субботу. Его шофер едет и забирает тушку. Говорит, что в воскресенье у него будет начальство. Раньше говорил на богородское, сейчас уже на сосновское. В эту субботу он увез уже двух барашков, – Бородин говорил и внимательно смотрел на Бойцова. – Если он будет возить каждую субботу по две овечки, то его овцефермы хватит ненадолго.

– Ты что так на меня смотришь? – не выдержав, спросил Бойцов.

– Смотрю и думаю, – ответил Бородин, – правду Стачев Сидорову говорит или врет.

– Что он говорит? – спросил Чистов.

– Третью овечку в прошлую субботу увез Бойцову.

Бойцов мгновенно покраснел и закричал на Бородина:

– Твое-то какое дело!

На него сурово посмотрел Чистов и сказал:

– Правда это или ложь?

– Правда, Анатолий Алексеевич, – понизив голос и невольно улыбаясь, ответил Бойцов. – Всего две по десять килограмм.

– Значит, доля правды есть, – уже более грубым тоном сказал Бородин. – Он ссылался Сидорову и на вас, Анатолий Алексеевич.

Лицо Чистова мгновенно стало багровым, но он сдержался, тихо сказал:

– Давайте об этом поговорим наедине.

Шурочков встал и сказал:

– Я вам мешаю?

– О нет, Борис Михайлович, – ответил Чистов, – обождите, не уходите. Мы сейчас пригласим Теняева, начальника управления сельского хозяйства, и разберемся кое в каких вопросах. А Кузнецов превратился из мужика в сплетницу, бабу. Ходит и болтает, что надо и не надо. Кстати, где он сейчас работает? Стачев говорит, что он присвоил себе колхозный мотоцикл «Урал».

Его судить надо.

– У нас на заводе работает, – ответил Шурочков, – в отделе снабжения.

– Гоните его в шею оттуда, – сказал Чистов. – Дайте ему, алкоголику, железную лопату и заставьте копать землю. Какой из него снабженец? Сидит дома за тридцать километров от завода. Стачев говорит, только одно и знает, что со сворой собак ходить на охоту. Браконьерит в любое время года.

Спокойный Шурочков собирался что-то ответить, но его опередил Бородин:

– Сегодня утром ко мне приходил прокурор Алимов и говорил, что будет открывать уголовное дело на Мишу Попова.

Он показывал мне три заявления – на продажу теса, дров, поросят и присвоение денег. Одно заявление от гражданки деревни Красненькая. Миша Попов занял у нее восемьсот рублей на покупку мотоцикла «Урал». Мотоцикл купил для колхоза, но тут же продал за две тысячи рублей, все деньги присвоил себе. Этой женщине долг не отдает.

– Ну и плут, – сказал, улыбаясь, Чистов.