Смягчающее обстоятельство

– Ну что, я нужен? – Величко не радовала перспектива мерзнуть во дворе в ожидании группы. Тем более что группа могла появиться лишь под утро.

– Нет, иди спать. Тут работы-то никакой.

В отдел заскочи, пускай постового пришлют, добро это охранять, – Алексей стукнул ладонью по крыше «мерседеса». – Мне еще людей опрашивать, а тут никого.

– Лады, заскочу.

Стае поправил шапку и удалился в сторону отдела. Данилов приоткрыл дверь, уселся на сиденье, закурил.

«Да, хорошая „тачка“. Одним молотком так раскурочить.

Здорово муженек разозлился. Интересно, а как бы я? Если б кто Катюшку мою… Тоже, наверное… Состояние аффекта. Любовь. Смягчающее обстоятельство».

Алексей докурил сигарету и, не дожидаясь постового, пошел в дом записывать объяснения, пока свидетели не легли спать или не передумали помогать правосудию.

– На, оденься. Жена передала, – Данилов достал из пакета шерстяной свитер и протянул Косте.

– Спасибо. Как она?

– Нормально. Нос не сломан. Костя снял куртку, накинутую прямо на майку, натянул свитер.

Сел.

– Ну, рассказывай.

– Чего рассказывать, сами же все знаете. Как там эти?..

– Я еще не звонил в больницу.

В действительности из больницы позвонили сами. Один из приятелей отжился, второй – в коме. Но Данилов как опытный опер о таких вещах до поры до времени не сообщал подозреваемым.

– А о случившемся я знаю со слов свидетелей. Полагается и тебя выслушать. По закону.

– По закону, – мрачно ухмыльнулся Костя. – Все правильно свидетели говорят, так оно и было,

– Старик, я в данном случае на твоей стороне.

Целиком. Ты все сделал правильно, заступился за жену. Ну, переборщил немного, бывает…

– А закон?

– Что закон?

– На моей стороне?

– Пока я не могу ничего обещать, надо ждать. Для этого следствие и существует – экспертизы, допросы… С точки зрения человеческой логики ты прав, сотню раз прав, но… Мы пока живем в государстве, и, стало быть, карать за преступление должно государство, каким бы плохим оно ни было. Иначе, сам понимаешь, завтра все возьмутся за молотки и автоматы.

Поэтому хочешь ты, не хочешь, но говорить что-то придется. Нет, можешь, конечно, официально отказаться, право имеешь, но поверь, это никакой пользы не принесет. Из-за двух отморозков жизнь ломать?

Костя еще не согрелся, в камере сквозило, в кабинете тоже.

– Закурить не дадите?

– Да, бери. Не, старик, ты рассказывай как есть, а запишем мы самое главное, лирику можем опустить. Правда, лирика в некоторых случаях поважней будет.