Собор у моря

Потом начинают звонить колокола, и люди выскакивают из домов с криком: «Via fora!», чтобы об этом знала вся Барселона. Предводители гильдий берут свои знамена и объединяют вокруг себя членов гильдии, чтобы пойти в бой…

Арнау, вытаращив глаза, изумленно смотрел на бурлящую толпу и старался не отставать от Жоанета, который ловко пробирался сквозь толчею сбившихся в группы людей.

– А что нужно делать? Это опасно? – спрашивал Арнау, восхищенный парадом оружия, которое демонстрировалось на площади Блат.

– Обычно это не опасно, – ответил Жоанет, улыбаясь ему.

– Так, значит, битвы не будет?

– Все зависит от решения властей и поведения сеньора. В прошлый раз одну из крепостей сровняли с землей; тогда было сражение, и жертвы, и нападения, и… Смотри! Вон твой дядя, – произнес Жоанет, показывая на знамя гончаров.

Возле трех старшин гильдии стоял Грау Пуч, облаченный в доспехи, сапоги и кожаную кольчугу, которая закрывала его тело от груди и до середины икр. За поясом у него поблескивал меч. Вокруг старшин собирались гончары города. Как только Грау увидел племянника своей жены, он подал знак Жауме, и тот подошел к мальчикам.

– Куда вы идете? – поинтересовался он.

Арнау растерянно посмотрел на Жоанета.

– Мы хотим предложить свои услуги хозяину, – ответил Жоанет. – Мы могли бы нести его мешок с провизией… или сделать то, что он пожелает.

– Понятно, – только и сказал Жауме.

– И что теперь? – спросил Арнау, когда первый помощник Грау повернулся к ним спиной.

– Не переживай, – заявил Жоанет. – Здесь полно людей, которые будут рады нашей помощи.

Мальчики пошли за ополченцами; они смотрели на мечи, арбалеты и пики, восхищаясь теми, кто был одет в латы, и пытались уловить смысл оживленных разговоров.

– А что у нас с водой? – услышали они чей-то голос, раздавшийся за их спинами.

Арнау и Жоанет обернулись.

Лица обоих мальчиков зарделись, когда они увидели улыбающегося им Рамона. Вместе с ним было более двадцати воинов. Все они, здоровенные и вооруженные, приветливо смотрели на них.

Арнау невольно похлопал себя по спине в поисках бурдюка и так расстроился, не найдя его, что некоторые бастайши предложили ему свой.