Юные герои Великой Отечественной

Со стороны казалось, что Люся полностью занята игрой. На самом деле она внимательно следила за обстановкой на улице. Они договорились с отцом: если нагрянут немцы – надо начать ссориться с девочками, громко кричать и плакать. Если войдут во двор незнакомые подозрительные люди – запеть звонким голоском…

Вот пришёл и поднялся к ним старый друг отца, подпольщик Александр Никифорович.

Появилась какая-то женщина. Люся собралась уже запеть песенку, но незнакомка спросила:

– Девочка, тебя не Люсей зовут?

– Да, Люсей, тётенька… А что?

– Не у тебя ли мама портниха? Ей нитки нужны? Я могу поменять на муку.

– Нитки всегда нужны! А нет ли у вас ещё и шерсти, чтобы носки вязать?

– Нет, вот шерсти – нет.

Это были пароль и ответ. И Люся тихо пояснила: «Второй этаж, квартира двадцать три».

Так собиралась подпольная группа для обсуждения текущих дел. «Гости» знали: если всё же объявится полиция с фашистами, то Татьяна Даниловна тут же поставит на стол сковороду с жареной картошечкой на сале и стаканчики для самогона, будто празднуют её именины.

Приходилось Люсе встречаться с товарищами отца и в городе. Однажды ей поручили повидаться с Александром Никифоровичем на углу двух указанных улиц и передать поддельные пропуска. Они предназначались для группы бежавших из плена красноармейцев.

Люся вышла к намеченному месту с корзинкой в руках. Ей навстречу уже шёл дядя Саша, но вдруг позади него из переулка вынырнул немецкий патруль. Люся тут же поставила корзинку с морковью и свёклой на мостовую.

Это был сигнал об опасности. Но она не растерялась и успела прошептать прошедшему дяде Саше: «Через пять минут на площади…» Смелое было решение – передать корзинку, на дне которой лежали документы, в людном месте, где ходило много немецких солдат и офицеров. Но Люся правильно рассчитала: пусть думают, что внучка принесла деду овощи, и они не скрывают своей встречи прямо в центре оккупированного города.

– Молодец, смелая ты и находчивая! – похвалил и погладил её по волосам дядя Саша.

Они будто беззаботно сидели на лавочке, разговаривали и улыбались. Мимо проходили фашисты и полицейские, которые и не догадывались, что у них в корзинке под овощами фальшивые пропуска для красноармейцев, которые завтра же уйдут в партизаны.

В конце декабря, когда по доносам предателей начались аресты в Минске, несколько дней прятался по подвалам и в развалинах секретарь подпольного райкома партии Григорий Смоляр.