Сторона моя далёкая

Брат за год вошел в дружный коллектив фабрики, работа спорилась, он отошел после шока развода, старался много бывать на природе вместе с нами, печатал фотографии своих пленок, помогал Герману в распечатке кадров давно отснятых им пленок. Одним словом жизнь шла своим неспешным чередом.

В начале января 1962 года в Заводоуспенку приезжает на временное место жительства сын директора фабрики Дементьева, отставник, имеющий высшее техническое образование. Встал вопрос, куда его пристроить работать на фабрику. Директор командует принять его в конструкторское бюро.

Проходит какое-то время и брату Борису дают понять, что два проектанта в бюро не нужны. Раз у него нет высшего образования, то он и должен ретироваться в какое-то другое место. Старший брат советует – раз пошла коса на камень, то и нечего торчать на фабрике, будешь работать у меня в кузнице помощником кузнеца при литье ответственных узлов для тракторов и машин. Герман в то время занимал должность заведующего гаражом «Химлесхоза», техники и людей в его подчинении находилось много. Я частенько приходил к братьям на работу, видел кипящую занятость каждого рабочего, ибо техника ломалась, требовала быстрого ремонта. Все бы ничего, да вот беда – работа на свежем воздухе толкала слесарей к обеду с выпивкой. А про пятницу я и не говорю, все трудяги расходились по домам на бровях. Герман как мог боролся с этим вечным несчастьем русского народа. К этой компании веселых людей постепенно примкнул и средний брат Борис. Отец и Герман проводили с ним беседы, предупреждали, что добром это не кончится. Так оно и вышло, к летнему сезону заготовки живицы, соснового сока, Бориса перевели на участок подсочки. Работа не из легких, но денежная. Живица шла на экспорт в капиталистические страны для производства натуральной резины легковых автомобилей. Добросовестные, старательные рабочие за сезон, с мая по сентябрь месяцы зарабатывали себе на легковой автомобиль. Им предоставляли в то время для обналичивания больших денег машины – Волга, Москвич, Запорожец. Устроиться на участок подсочки мог не каждый, работа шла весь световой день, на отдаленных делянках соснового леса люди ночевали в шалашах, фактически жили на своих рабочих местах. Первые два месяца май, июнь Борис выдержал, потом отказался от непосильной работы для него. Оно и понятно, после лейтенантских погон, работы в конструкторском бюро, ходить по лесу с высокой штангой ножей для проделывания косых канавок в коре сосны требуется хорошая физическая подготовка.