Бабочки на крутых ступенях

 – Боги должны питаться человеческой кровью, чтобы не погасло Солнце, и не прекратил существование наш мир. Уицилопочтли сражается каждый день с тьмой и требует постоянного пополнения сил. Ведь только благодаря человеческой жертвенной крови солнце не гаснет.

– Ты рассуждаешь так же, как жрецы. Однако старики мне рассказывали, что Кетцалькоатль говорил совершенно противоположное.

– И где же твой Кетцалькоатль? – с усмешкой спросил Текалотль. – Он давно покинул землю.

– Он обещал вернуться. Пернатый Змей возвратится и наведёт порядок.

И тогда жестокие жрецы ответят за свои деяния. Я не верю, что Боги-творцы обязали их приносить человеческие жертвы. Жрецы ацтеков поклоняются мраку, а не свету, – уверенно произнесла Китлалполь.

– Я не слишком сведущ в вопросах веры, чтобы обсуждать их с тобой. Однако, признаюсь, что мне, как и тебе, претят частые человеческие жертвоприношения, и я тоже склонен верить Пернатому Змею и ожидать его возвращения, но пока он не вернулся, следует принимать жизнь и обычаи ацтеков такими, какие они есть.

Поверь, если бы я не любил тебя, милая моя Китлалполь, то ни за что не решился рисковать жизнью ради сомнительной идеи ограничить человеческие жертвоприношения.

– Так ты это делаешь ради меня? – ласково взглянула на мужа Китлалполь.

Текалотль кивнул ей. Китлалполь прижалась к его плечу и произнесла:

– Ты знаешь, как мне хочется, чтобы как можно скорее вернулся Кетцалькоатль!

– Пернатый Змей обязательно вернётся, если ты его так ждёшь, – улыбнувшись, сказал Текалотль.

– Это так нелегко – ждать, – проговорила Китлалполь. – Ведь даже оранжевые бабочки, и те долго не возвращаются, что уж тогда говорить о Пернатом Змее? – грустно проговорила Китлалполь. – Мне кажется, что жертвы напрасно переносят страшные муки. Ведь для детей и пленников, не понимающих смысла страшного ритуала жертвоприношения, по сути, это не жертвоприношение, а жуткая казнь и мучительная смерть. Есть города, и не только в моей родной Тласкале, где Богам не приносятся человеческие жертвы.

Даже во входящем в Тройственный союз ацтеков городе Тескоко запрещены человеческие жертвоприношения.

– Давай отложим этот разговор до дома, – предложил Текалотль, заметивший стоявших у подножия пирамиды жрецов Богов Уицилопочтли и Тлалока – Азтлана и Коуолли.

– Почему ты боишься жрецов? Разве ты не наместник и не родственник Мотекусомы? – удивилась Китлалполь.

– Ты же знаешь, что жрецов опасается даже сам правитель ацтеков.