Лента жизни. Том 3

А Комаров на тяжелых журналистских и полуголодных литераторских хлебах нажил себе к 30 годам туберкулез – ту самую знаменитую российскую чахотку, от которой скончался в 1949 году, так и не получив при жизни причитающейся ему доли славы. Даже Госпремия (Сталинская премия второй степени) присвоена была ему в 1950 году…

А кто, скажите мне, истинный поэт, если он не народный заступник? Открытостью сердца Комаров был обречен остро переживать народные трудности и беды, радоваться его достижениям, гордиться историей и мечтать о светлом будущем.

Сегодня я задаю себе вопрос: а как бы воспринял Петр Степанович все происходящее в стране, чему мы стали свидетелями на рубеже 80–90-х годов? Воспринимая и любя его творчество, изучив биографию, поговорив с людьми, знавшими лично Комарова, смело могу сказать, что он не бросил бы на стол свой партбилет, не унизился до дрязг фракционной возни за руководящее высотки. Он поступил бы так, как и подобает талантливому поэту, честному гражданину и верному сыну родной земли, – взял бы в руки свое единственное, но верное оружие – перо и написал бы яркие стихи.

Как делал это в лихолетье сороковых годов, когда он, вчистую комиссованный, не давал пощады врагу своей меткой строкой, поднимая настроение нашим воинам, идущим в бой.

К слову говоря, свое самое знаменитое стихотворение «Приамурье» поэт написал в предпоследний год войны – в 1944-м.

…Много стран в эти годы видали мы,

По дорогам солдатским пыля.

Только нам и за дальними далями

Снилась наша родная земля…

Петр Комаров, 1940-е гг.

Не хотелось бы в юбилей – о грустном, но из песни слова не выкинешь. Вот вспомнил я классику нашу дальневосточную – комаровское «Приамурье». Держу в руках прекрасно иллюстрированный фотоальбом, четыре года назад изданный хабаровчанами. Стихи Комарова и цветные фотоснимки амурской природы симфонически сливаются, радуя глаз, волнуя чувства. Но уже на обложке заглавие «Только в сердце да в песне…» настораживает, хотя поначалу воспринимаешь его как некое переосмысление известных комаровских строк: «Только в песне да в сказке уместится Приамурье мое!.

.» Ан нет! Открываю фотоальбом, и первое стихотворение в нем – конечно же, «Приамурье». И здесь вновь черным по белому: «В сердце да в песне…» Что это – новое слово в исследовании творчества поэта, открытие первоначального варианта, искаженного ранее недобросовестными издателями произведений Комарова? А может быть, редактор альбома В. Ф.