Адвокатские истории

Действительно, как можно бандитизм вменять одному человеку, не называя членов банды, ее главаря, вооруженных преступлений, которые совершила банда. А если Бычков 15 лет назад выдал полиции оружие, то почему его еще тогда не привлекли к уголовной ответственности? Кроме того, Исаев сказал, что перед тем, как обвинять в бандитизме человека, следует учитывать разъяснение Верховного Суда России 1997 года о том, что от иных организованных групп банда отличается своей вооруженностью и своими преступными целями – совершение нападений на граждан и организации.

Абсурдность обвинения по этому поводу адвокат объяснил только целью психологически сломать Бычкова, создать условия, чтобы он оговорил себя в убийствах. Затем можно будет отказаться от обвинения в этой части в связи с истечением срока давности. Но Бычков не поддался и проявил крепкий уральский характер.

Как абсурдное и беспочвенное обвинение Исаев оценил и обвинение Бычкова в причастности к убийству Машинского. Адвокат сказал, что относительная причастность к этому делу Бычкова подтверждалась лишь показаниями свидетеля обвинения, который за условно-досрочное освобождение любую версию может озвучить.

А вот реальных доказательств причастности Бычкова к убийству Машинского из его уст не прозвучало. И.А. Исаев, так же как и ранее А.В. Перов, задался вопросом:

– Кто заказчик убийства, если убийство, как утверждает обвинение, совершено по найму, где тетрадь, куда Бычков записывал во время слежки места передвижения Машинского?

На эти вопросы у обвинения ответа не было.

И.А. Исаев обратил внимание заседателей на якобы феноменальную память свидетеля обвинения, который сообщил суду, что в такой-то день Машинский вышел из офиса в 11 часов 30 минут. На следующий день слежка велась с 11 часов 15 минут до 15 часов. Напомнив эти показания, И.А. Исаев обратился к заседателям с вопросом:

– Кто-нибудь из вас помнит, что он делал весь сентябрь 2002 года, возможно ли помнить поминутно события каждого дня?

После паузы сам ответил на свои вопросы:

– Это, как и не существующая тетрадь с записями, очередная выдумка следствия, чтобы придать показаниям видимость правды.

Исаев предположил, что свидетель обвинения смалодушничал, подписывая допросные протоколы. Ему хотелось раньше выйти на свободу или, в крайнем случае, улучшить условия своего содержания в колонии.

Что касается рассуждений прокурора по рассматриваемым в суде преступлениям, то И.А.