Место перемен

– Если честно, я чуть не спятил, не могу без нее! Все равно своего добьюсь! Хоть десять лет понадобится, хоть двадцать…

УАЗ подпрыгнул, и макушка упрямца впечаталась в потолок. На этом бы и прервать признание. Но нет. Удар красноречию не помешал.

Майор Фейк деликатно молчал. Опять эти песни про любовь. В ток-шоу под названием жизнь.

– Мой батя знаешь сколько за матерью бегал? – не унимался герой шоу. – Четыре года. Представляешь? И она тоже, как Настя – ни туда ни сюда. Но батя своего добился. И у меня получится.

Удар кулака по рулю был подтверждением сказанного. УАЗ ответил «уханьем», означающим на автомобильном языке нецензурную брань.

Наконец прибыли.

Федоров затормозил неподалеку от миниатюрного замка из красного кирпича, щедро украшенного башенками. В Подмосковье такие в девяностых братва любила строить и цыганские бароны. А здесь провинция, мода отстает лет на двадцать.

– Вон его логово. Головы. Значит, так: он тебя в лицо не знает, поэтому скидывай китель, бери мой пиджак и звони в дверь.

– А что у вас за схема? – насторожился Золотов. Если, как в кино, ствол вперед и от двери к двери мелкими перебежками, то он лучше сразу на вокзал. Согласен даже без вещей.

– Да как и у вас, – подсказал великозельский опер, – вежливо приглашаем в машину, положив палец на спусковой крючок. Только никакого насилия. Конституция!

– И кем вы обычно представляетесь?

– Блин, развозчиком пиццы. Придумай что-нибудь свое. Пошли.

Федоров потянулся через коллегу и съемной ручкой открыл пассажирскую дверь.

– Движок заглуши, – поморщился тот, послушно надевая потертый пиджак с лоснящимся воротником. Да уж, не от кутюр.

– Не надо. Потом не заведем.

Федоров по-ковбойски перемахнул через забор и, прокравшись вдоль окон, затаился недалеко от входной двери. Подал знак стоящему на дороге Золотову.

Золотов открыл калитку и, по-шпионски оглядываясь, добрался до двери.

Вспотевший от напряжения «развозчик пиццы» немного помялся на пороге, словно ощупывая ногой лунный грунт, и осторожно постучал в дверь. Никакого эффекта, как в космосе. Постучал сильнее – опять тишина. Собирался уже к соратнику вернуться за советом, но в этот момент произошло чудо чудное.