Тридцать одна сказка обо всём на свете

– Да ты что, не знаешь что ли, кто я!?… Эх, молодость, вот чему вас только родители учат!?… Да будет тебе известно, что я самая ядовитая гусеница в лесу!… мои-то шипы пострашней твоих будут!… Всего один укол, и ты уже на небесах!… Да меня тут все боятся,… ты только посмотри вокруг, все разбежались, едва заметив меня,… это лишь ты не знаешь, что со мной лучше не связываться,… а уж они-то знают!… Да из меня потом получится самый большой мотылёк на свете, и самого высокого полёта!… Я буду наводить ужас на такую мелочь, как ты,… меня даже птицы станут избегать, мой яд страшен и для них,… а потому прочь с дороги!… – мигом насупившись, злобно заверещала гусеница.

Отчего Кузька напряг мышцы на своих задних лапках и резко скаканул на противника. Отступать он не собирался: подумаешь, какая-то гусеница воображает, да ещё и угрожает. Кузька тоже не из ваты сделан, на нём непробиваемое хитиновое покрытие, почти броня, и шлем на голове, к тому же крепкие шпоры на ногах. Налетев на гусеницу, он сходу переломал ей с десяток шерстяных шипов, и никакой яд его не взял.

Кузька просто не коснулся его, зато вмиг изловчился и сильно царапнул гусеницу за бок. Отчего та взвыла, словно ошпаренная и взмолилась о пощаде.

– Ой-ё-ёй!… что ты делаешь!?… ты так действительно порвёшь меня, и я вся вытеку, даже не успею окуклиться!… Всё-всё, хватит, перестань!… ты победил!… Уж вижу-вижу, ты необыкновенный кузнечик,… у тебя в роду наверняка были боевые стрекозы,… а они отъявленные разбойники и хищники!… Отпусти меня,… я сдаюсь и уползаю прочь!… – испуганно запросила гусеница, быстрей убираясь с дороги.

– Ага!… поняла, что со мной шутки плохи!… Думала, что раз когда-нибудь станешь большим мотыльком, то тебе всё позволено!?… ан нет, шалишь,… и на тебя молодцы найдутся!… Ползи-ползи отсюда, шерстяной носок,… мне твой яд нестрашен, я сам пострашней любого яда!… Так-то!… – прокричал Кузька вслед поверженной гусенице, а она так быстро улепётывала, что через пару секунд от неё и следа не осталось.

Зато Кузька, вдохновлённый своей такой победой, важно пошагал дальше уже по освобождённому пути. Все кто видел его схватку с ядовитой гусеницей, теперь учтиво уступали ему дорогу, а весть о нём моментально облетела всю округу.

6

Меж тем настал вечер, стемнело, и пришла ночь. Кузька впервые провёл её вне дома. Переночевав под кустом, завернувшись в какой-то опавший лист, совершенно по-походному, утром он снова отправился в дорогу.