Сказка о юном котёнке по имени Чих

Ну а поэтому, вскоре все окружающие, и взрослые, и дети, и даже голуби с грачами, включая сюда, разумеется, и прочих пернатых обитателей нашего двора, стали называть его не иначе, как котёнок «Чих». Вот так просто, «Чих» и всё тут. Не ахти конечно какое имя, но всё лучше, чем вообще никакого. Ведь до этого-то все спорили, какое имя ему дать. Кто-то предлагал Мурзиком назвать, кто-то Фунтиком, как поросёнка из мультика. А тут всё вышло прямо, как по заказу, весь двор согласился на «Чиха». Ну что поделать, «Чих» так «Чих».

И вот оглянуться не успели, как прошла ещё неделя и все привыкли к этому слегка странному и смешному имени. Теперь уже никто не сомневался, что из Чиха вырастет вполне добропорядочный и благонравный кот. Ну не может же котейка с таким смешным именем стать злобным разбойником. А оттого отношение к Чиху резко переменилось. Теперь уже практически все обитатели двора поняли, что он абсолютно безвреден и полюбили его таким, каким он есть – весёлым, беззаботны, чихающим котёнком.

Прошло ещё пару дней и все неожиданно установили причину его чихания. Разобрались и определили, что он чихает именно в тот момент, когда очень волнуется. Естественно все восприняли это как собственное упущение, и постарались впредь Чиха не волновать. Но что ещё замечательно, эта его особенность вскоре стала приносить ощутимую пользу для всех пернатых обитателей двора, и даже для уток на пруду. И вот почему. Прекрасно известно, что у котов и кошек превосходно развита интуиция.

Вот и Чих обладал таким же чутьём. Минуло всего несколько дней, и он вполне уверенно научился определять, кто ему друг, а кто враг. И, разумеется, реагировал на них по-разному. Например, соек, голубей, уток, воробьёв и даже местную детвору он стал причислять к друзьям. Они ему ничего плохого не делали, наоборот играли с ним в догонялки, подкармливали его, короче говоря, обращались с ним мягко и ласково. А потому Чих в их присутствии перестал волноваться, и когда ему хотелось, он без проблем мяукал, а не чихал.

Однако когда во дворе появлялись незнакомые ему птицы или животные, допустим те же дикие псы или залётные вороны с их привычкой всё подряд воровать, то он тогда начинал усердно чихать. Притом делал это нарочито громко и заранее, когда налётчиков ещё даже на горизонте не было видно. Таким образом, он научился превосходно предчувствовать опасность и моментально предупреждать о её приближении.