Пять сказок о других мирах

– Ну конечно я знаю, какими нежными бывают рысята,… ведь у нас тоже водятся рыси, и я не раз видел их!… Ах, какие же вы всё-таки славные ребятки,… сравнивать меня с рысёнком, это так мило,… слышали бы вас сейчас мои студенты и лаборанты, уж они бы точно удивились, ведь я с ними весьма строг!… Ну, это ничего,… вернусь, подобрею!… А хотите дети, я расскажу вам о городе, в котором живу, и в какие игры там играют местные ребятишки?… – умилённо разулыбавшись, спросил профессор.

– Ой, хотим-хотим!… Нам так это интересно, ведь мы вообще мало чего, ещё знаем!… А тут сразу такой рассказчик!… Хоть маленькой, но уже учёный,… да ещё и пушистый словно котёнок!… – радостно, загомонили дети.

– Да-да,… прямо как у Пушкина,… там кот-учёный ходит по цепи кругом и сказки говорит!… Ха-ха, вот и я также… – смешливо отозвался профессор, и важно расправив грудь, словно он ростом с жирафа, с достоинством повёл ребятишек за собой к краю поляны на удобное место над рекой рассказывать им свои правдивые истории.

Тем временем Герк, Степан и женщины-воспитательницы, оставшись одни, удобно устроились на травке и тоже затеяли интересный разговор. Хотя скорее это получилась некая викторина, женщины задавали вопросы, а Степан отвечал на них. И конечно вопросы касались непосредственно воспитания детей в наших школах, как это делается? и что это такое вообще? Не надо забывать, что Степан являлся действующим учеником средних классов и был прекрасно осведомлён о нашей системе обучения.

Ну а пока шла вся эта викторина, Герк краем глаза наблюдал за тем, что творилось на противоположной стороне поляны. А там профессор, уже кое-что рассказав, стал потихоньку переходить от слов к делу. И хотя он был великолепным рассказчиком и мог говорить часами, но описывать наши игры в казаков-разбойников и салочки одной лишь разговорной речью ему быстро надоело. Отчего он стал показывать приёмы игры на себе, всевозможными жестами и ужимками.

Однако на шутки профессор уже не обижался, он вошёл в раж, и теперь, наоборот, с нескрываемым азартом изображал некоторые моменты игр всё смешнее и смешнее. И это ловко у него получалось, ведь невзирая на все его учёные регалии, он, в сущности, был ещё довольно-таки молодым человеком. Ведь возраст тридцать с лишком, по сути всё ещё юность.